Леший 2

Ответить
Аватара пользователя
серж
Элита RUSGYM.RU
Элита RUSGYM.RU
Сообщения: 2727
Зарегистрирован: 14 окт 2009, 08:28
Как долго занимаюсь спортом: 20 лет
Откуда: колымская тайга

Леший 2

Сообщение серж » 12 апр 2010, 19:29

ЧАСТЬ II

ЗОЛОТАЯ ЗОНА

глава 1

Салон трясло и болтало. В ушах стоял свист. Можно было подумать, что людей посадили в какую-то аэродинамическую трубу, включили под ней неукрепленную платформу с компрессором на ней и парой мощных акустических систем. Уши заложило плотными пробками, и не было никакой возможности их удалить.
Раньше, в детстве, Леха, когда летал на самолете с родителями в отпуск, удалял их просто - зажимал нос пальцами и пытался через него выдохнуть. Пробки вылетали мигом. Но сейчас он этого сделать не мог по одной простой причине - его руки были прикованы наручниками к коротким цепям, не дающим даже свести их вместе, и эти наручники находились над головой.
Здоровяку, прикованному точно таким же способом к крючьям с цепями на потолке, имени которого Леха не знал, опять стало плохо. Он зажмурился, согнулся, насколько позволяло его положение, его живот сократился и с вэкающим звуком изо рта полилась мутная жижа, наполняя салон свежей порцией тошнотворно-кислой вони. Леха подумал, что еще пара таких приступов его соседа, и он сам присоединится к нему в деле дальнейшей порчи атмосферы в салоне.
- Скотина, твою мать! - Заорал хриплым голосом лысоголовый
охранник в начале салона. - Еще раз облюешься - отхерачу и
вылизывать заставлю!
Сидящий напротив него второй охранник захохотал и сказал:
- Прилетим на место - и так вылизывать будет. Глядишь - и обедом кормить не понадобится.
- Ага, вылижет, как же! Опять Дурика пришлют, а этих срочно потребуют на развод!
- Вот его и заставим вылизывать!
- Да кайф не тот… Я вот думаю, мы сперва этого мудака
отпустим и все-таки вручим ему ложечку с тряпочкой - пускай сам
выхлебает! - И они вдвоем захохотали.
Леха плохо слушал их. Он еще раз посмотрел на здоровяка. Парень весь позеленел. Никак он не мог поверить, что такой амбал будет плохо переносить перелет. Ведь он был самый крупный из всей их прикованной компании. Было даже такое ощущение, что он был качком. Леха его видел в первый раз. Да он вообще видел всех своих соседей в первый раз. Наверное, их свезли из разных зон в эту дождливую ночь, затолкали в вертолет, где два здоровенных охранника с наплечными кобурами, в которых висели короткоствольные автоматы с глушаками, пинками загнали их в салон и приковали к наручникам. После чего они все до утра так и стояли, не имея возможности присесть на скамейки - цепи были очень короткие и, если даже повиснуть на них, от задницы до скамейки было еще как минимум сантиметров двадцать. Но стоять всю ночь было тоже невозможно и все находящиеся в салоне периодически висели, засыпая стоя. Но никто не жаловался и не проронил за ночь ни слова. Никто из них не знал, что с ними будет дальше, потому что все они были приговорены к смертной казни… А утром пришли оба пилота вертолета, которые даже не заглянули в салон, и два знакомых охранника с опухшими лицами и, источая перегар, сели на свои места. А после этого начался их полет.
Леха знал, что их везут в последний путь. Все они, собравшиеся здесь, приговорены. Это еще было понятно на зоне. Он вспомнил сонное лицо какого-то типа, представившегося помощником прокурора. Леха, тоже поднятый среди ночи криком недовольного надзирателя и едва соображающий, что с ним делают, стоял за решеткой, напротив этого типа с откормленными мешками под глазами. Тот плел что-то о преступлении, о содеянном, называл номер статьи. Леха все это знал, и никак не мог сообразить, зачем подняли столько мусоров ради того, чтобы только тип в мятом костюме, периодически зевая, произнес эту бессвязную и абсолютно ненужную речь. Но он запомнил последние слова помощника, который проговорил, с трудом загоняя вглубь организма прорывающийся наружу зевок:
- Суд не изменил меру пресечения. Ввиду тяжести содеянного приговор остается в силе - высшая мера наказания. Ладно, все, уводите его! - Эта последняя фраза была самой искренней из всей его речи.
И это было громом среди ясного неба. РАССТРЕЛ… РАССТРЕЛ… БОЖЕ МОЙ, НО ВЕДЬ СЕЙЧАС НЕ РАССТРЕЛИВАЮТ! ЧТО ОН МНЕ ПОНАПЛЕЛ?! МЕНЯ ЖЕ ПРИГОВОРИЛИ К ПОЖИЗНЕННОМУ!
А когда его схватили с обеих сторон крепкие руки, он вдруг забормотал, как насмерть перепуганный ребенок:
- Но ведь нет расстрела! Я ведь на пожизненное…
Охранник, идущий с правой стороны, бросил недовольно:
- Заткнись, пока я сам тебя не кончил прямо здесь.
ВСЕ, МЕНЯ ПОВЕЛИ… МАМОЧКА, Я НЕ ХОЧУ УМИРАТЬ! - Он ощутил, как колени стали ватными, мочевой пузырь стал вдруг переполненным и его содержимое потихоньку начало просачиваться наружу. ТАНЮШЕЧКА, ПРОСТИ МЕНЯ, Я НИКОГО НЕ ХОТЕЛ УБИВАТЬ, Я ЕЩЕ РАЗ ХОЧУ ТЕБЯ УВИДЕТЬ! Перед глазами все поплыло, по щекам пробежали влажные дорожки.
Когда его вывели из барака, провели по темным проулкам между облезших тюремных строений, Леха уже приготовился к тому, что сейчас сзади что-то громко щелкнет и удар невероятной силы расколет его череп. Но его запихали в тесный обезьянник УАЗика и повезли. А потом долгая в несколько часов сквозь темный лес, деревянные здания какого-то другого поселения, силуэт вертолета и стальная хватка наручников.
Пока они коротали недолгую ночь, прикованные наручниками к потолку, Леха рассмотрел своих соседей. Всего их было восемь человек и, как он понял, все «посадочные места» были заняты. То есть свободных пар стальных браслетов больше не было. Сам он находился в конце салона вертолета, где все иллюминаторы были прочно задраены металлическими заглушками, пол салона периодически мылся, но все равно на нем были какие-то темные разводы, очень похожие на высохшую старую кровь. Сам вид внутренности салона и его кисловато-приторный запах был больше похож на мясоразделочный цех. Напротив него находился этот здоровяк. Он всех оглядел своими маленькими, близко посаженными глазками, и от этого взгляда Лехе стало не по себе. Он подумал, что этот амбал ДЕЙСТВИТЕЛЬНО был приговорен за что-то очень страшное. В этом же ряду рядом с ним висел на наручниках невысокий худощавый, но жилистый мужичонка, весь испещренный наколками и, когда Леха посмотрел на него, тот наградил его хищной улыбкой, продемонстрировав полный рот золотых зубов. Напротив него висел молчаливый и глядящий себе под ноги молодой, как и сам Леха, парняга. Его лицом можно было украшать обложки журанлов для мужчин - до того оно было не по-мужски смазливым. Напротив него стоял, переминаясь с ноги на ногу, парень с лицом братка, который что-то бормотал себе под нос. А напротив него, в начале салона, находился очень похожий на него парень такого же возраста и вида. Дальше находился еще один мужичок, который был ничем не примечателен, за исключением того, что у него были непропорционально развиты предплечья, которые венчались необыкновенно мощными кистями рук с толстыми узловатыми пальцами. Взглянув на эти пальцы, Леха подумал, что они, наверное, могут с легкостью разогнуть наручники, которые их удерживают.
- Ну, что, пацаны, летим в последний путь? - Наконец нарушил молчание здоровяк.
Никто ему не ответил. Никто не был настроен на разговор. Все были в каком-то неопределенном ожидании. «Ладно, насрать на вас! - Подумал Серега. - Не хотите болтать - флаг в руки и перо в задницу! Думаете, вам херово? Мне не менее херово! Может быть это все - нас везут рассчитывать, так хоть не баранами молча помирать…» Ночь он провел хуже других. Он был большим, самым большим из всей их прикованной компании, и вследствие этого висеть ему было гораздо тяжелее. Стоило только чуть вздремнуть, расслабиться, как ноги тут же подкашивались и стальные браслеты клещами впивались в запястья. Так что ночью он не спал, а лишь периодически выключался, просыпаясь от режущей боли в запястьях. Но хуже этого было только ожидание неизвестного. Он, как и остальные, понимал, что если бы их хотели рассчитать, то уже точно рассчитали бы. Но, с другой стороны, если их надо было перевезти в другой лагерь, то можно было придумать для этого гораздо более простой метод транспортировки. А в общем-то, он не жаловался. Он знал, за что попал, и был готов вынести все. Зато теперь все подонки в их районе знали, что трогать девчонку Сереги Малого - подписывать себе приговор. Единственное, что его очень расстраивало - он не скоро сможет увидеть свою девчонку. Даже если он не загнется на зоне и вернется в свой город, то его подруга уже выйдет за другого и уже родит не одного ребенка.
Он вспомнил рожи тех двух ублюдков, которые затащили его Катьку в свою тачку и повезли к себе на хату. Они хотели с ней позабавиться, но ее спасло то, что у нее как раз в самом разгаре были месячные, а те два подонка были очень брезгливы. Однако свое неудовлетворенное желание они компенсировали тем, что хорошенько избили ее. Правда, ослепленная ужасом и обидой, она, когда ее вышвырнули на улицу, все же запомнила и ту хату, и ее тачку с номерами, а уж фэйсы она срисовала на память на всю жизнь. А вечером, после работы, где Серега работал каменщиком, он зашел к ней. Она немного успокоилась и смогла внятно рассказать, что с ней произошло.
Кровь затуманила мозги Сереге. Он знал этих сволочей. В любое другое время, даже если бы они отхерачили его, он бы, может быть, и пережил это, но не в тот момент. Тогда была на карту поставлена не только честь его девчонки, но и честь его самого, как мужика.
Катюха, поняв, что назревает что-то серьезное, стала уговаривать Серегу ничего не делать, но привела не совсем удачный аргумент, вернее, совсем неудачный. «Сережа, забудь! Ведь они же бандиты, они сами могут избить тебя, или что хуже…» Серега согласился с этим, но заперев ее дома на замок снаружи, пошел на разборку.
Ему даже не нужен был номер их квартиры, едва он услышал марку и номер их тачки. Он знал, где они обитают. Шестерки одного одиозного лидера местных бандитов. Он вломился в их хату, выломав дверь, благо, что она была деревянной. А там… А там он сделал то, что, по своим, и не только своим, понятиям должен был сделать. Он их избил до смерти, залив всю хату их кровью, после чего сам сдался в ментовку.
На коротком закрытом суде ему дали на полную катушку и Катюхе стало плохо там же, прямо в зале. Ее кое-как привели в чувство родители. Больше он ни ее саму, ни ее родителей, ни своих, не видел. Его определили на строгач, где он усугубил приговор, покалечив вертухая. Он ни о чем не жалел. Он понял, что попал в волчью яму и это билет в один конец.
Лишь вспомнив о Катюхе, он в бессильном отчаянии сжал кулаки и зажмурил глаза, перебарывая в себе давно забытое желание разреветься. Но вскоре он об этом желании забыл, когда его стало укачивать в вертолете. Он с детства не переносил дорогу, а тем более в болтающейся на высоте здоровенной бочке с винтами.
У Лехи все еще были ватными ноги и затылок ощущал покалывание, готовясь принять пулю. Да и мочевой пузырь требовал опорожнения. Но никто его не собирался вести на прогулку, а мочить свои собственные штаны было не только в падлу, но и было еще неизвестно, сколько в них ему предстояло находиться.
Ноги налились свинцом, запястья пульсировали болью от цепких объятий наручников, мочевой пузырь превратился в огромный шар, который вытеснял из живота внутренности. Казалось, эта пытка, которая с момента, как Леху привезли в предвариловку, была не единственной и она никогда не закончится. Он даже стал подумывать о том, что их специально приковали сюда на пару недель, а потом придет пара таких же зэков и погрузит в самосвал готовые, уже начинающие разлагаться трупы.
Но вот в конце салона неожиданно заскрипел замок и люк открылся наружу. В помещение, пустив облако свежего воздуха, ввалились знакомые охранники и, обдавая всех перегаром, стали поочередно выводить на короткую прогулку.
- Если кто захочет посрать - пошустрее, иначе будете всю
дорогу с говном между булок лететь. - Предупредил один.
Леху вывели наружу вторым. Вдохнув полной грудью, он вдруг вновь ощутил яростное желание жить. Пока испражнялся его пузырь, он оглядел лес, окружающий их. ГОСПОДИ, КАК ЖЕ ВСЕ ВОКРУГ ПРЕКРАСНО! Слабый ветерок теребил листья в верхушках крон, где-то щебетали птички, солнце еще только-только поднималось и его лик с трудом пробивался сквозь их листву. Небо излучало пронзительную голубизну. Точно такое же небо он видел тогда, когда лейтенант, которого он никогда не видел прежде и после этого тоже не видел больше, сказал:
- Алексей Горцев, вы обвиняетесь в убийстве двух человек и подлежите немедленному аресту. - И на глазах ничего не понимающих коллег по его работе его заковали в наручники и, жестко держа за локти, вывели из офиса и бросили в воронок.
- Хорош тащиться! - Леху ткнули глушителем автомата в спину. - А то штаны обкончаешь, не отстираться!
Охранники вернули его в действительность, пнув обратно в вертолет, очень похожий на летающий металлический склеп, и вновь приковали на наручники, в которых он и продолжал свой путь. Когда всех вернули на свои места, то в салон завели еще одного парня в спортивном костюме. Его, в отличие от других, охранники не заковали в наручники и не подвесили на цепи. Его они усадили на свободное место в самом начале салона, рядом с собой. Было понятно, что он не был заключенным. Он как-то случайно затесался в эту пеструю компанию и со своего места испуганно осматривал всех вокруг. Очевидно, он тоже в первый раз попал в этот вертолет.
Рахмат закрыл глаза. Он всегда так делал, когда чувствовал, что силы на исходе или нервы начинают сдавать. К тому же он понял, что эта команда, в которой он сейчас находился, ему совсем не подходит. Когда их собрали вместе, он слегка взбодрился, потому что увидел здорового паренька. Этот при первом же удобном случае смог бы с ним сыграть в его любимую игру. Он с интересом наблюдал за ним, пожирал глазами. Это было, когда их только-только собрали в железную коробку и приковали наручниками. Когда это с ними сделали, Рахмат внутренне рассмеялся, подумав, что охранники даже не знают, что он бы их скинул с себя за долю секунды.
Мысленные посылы достигли своей цели. Они всегда достигали своей цели. Этот здоровый парень встретился взглядом с ним и Рахмат подумал, что скоро, может быть, он с ним поиграет. А когда он начал изрыгать из себя содержимое желудка, Рахмат понял, что он на игру не способен - только его внешняя физическая оболочка имеет вид, но выносливости для игры с ним парню не хватит. Даже тот парнишечка, болтающийся на своих цепях напротив него, и то был гораздо способнее. Рахмат это понял, заглянув в его глаза. Внешне он был, конечно, ничем не примечателен, но где-то в его глубине была какая-то пружина. А если серьезно, то он тоже никак не смог бы сыграть с ним. Для этого было достаточно посмотреть на его руки. Конечно, они были достаточно развиты для его возраста, но не настолько, чтобы поучаствовать в игре.
Хотя Рахмат верил, что на том конце пути, куда ведет его Аллах, есть человек, достойный остаться с ним один на один. Аллах укажет на него. Здесь, в этом железном корыте, он не указал ни на одного. Да и Аллах давно почему-то не давал ему достойных соперников. И потому в темноте своей одиночки, чтобы не потерять форму, Рахмат играл с неживыми вещами.
Игорь глядел себе под ноги, прямо на разводы непонятного происхождения. Он почти не поднимал взгляда, а если и смотрел по сторонам, то только исподлобья. Он не понимал, ЧТО здесь происходит. Вернее, он не понимал только в самом начале, когда его только-только посадили в вертолет. Когда он сделал первый шаг внутрь салона, его сердце обмерло. Он увидел несколько человек, практически распятых на цепях. И самым первым желанием у него было тут же вернуться обратно. Но деваться было некуда - он сдал все свои документы, едва подписал контракт на работу.
«Требуется опытный техник-геолог на тяжелую, но достойно оплачиваемую работу в северных районах страны.» Он пробежал это объявления глазами еще пару раз. Короткое объявление и телефон. Он сразу же набрал вышеуказанный номер. Ему ответил приятный женский голос, который задал ряд вопросов, в числе которых были и
не совсем понятные типа «Есть ли у вас близкие родственники и
кто?» «Как долго вы сможете работать в дискомфортных условиях?»
«Работали ли вы когда-нибудь с заключенными?» После чего, видимо,
с кем-то посовещавшись, этот же голос пригласил его на
собеседование. Естественно, Игорь согласился. Работа, а тем более
высокооплачиваемая, ему нужна была позарез. Вернее, не столько
работа, сколько деньги. Родители погибли у него давно и комитет
по делам несовершеннолетних определили его в детдом, из которого
он постарался поскорее вырваться. Ему тогда было без разницы,
куда пойти, лишь бы сбежать из душегубки, наполненной кандидатами
на зону. И даже не только кандидатами, но и опытными волчатами,
имевшими ходки на малолетку. Так что он ответил положительно на
последний из странных вопросов, имея в виду ТАКОЙ опыт работы с
заключенными. Он предположил, что ему предстоит работать где-нибудь среди заключенных или на вольном поселении.
В маленьком офисе, куда он пришел, было всего два кабинета. В одном сидела девушка, которая, видимо, и отвечала на звонки, а второй был приемной, где заседал невысокий плешивый мужичок, похожий на Вини-Пуха, но его взгляд был цепким и пронзающим насквозь. Помимо Игоря перед ним сидело еще пара кандидатов, ожидающих своей очереди. Игорь молился лишь о том, чтобы они не подошли на эту работу. И очередь быстро дошла до него.
Плешивый коротышка внимательно выслушал его, задал
практически те же вопросы, после чего предложил ему приличную
стопку бумаг с довольно жесткими узкоспециализированными тестами,
после проверки которых сказал:
- Ну, что ж, молодой человек, вот в чем проблема. Вы практически полностью подходите нам, за исключением одного обстоятельства - ваш стаж работы в геологии минимальный, практически никакой, а нам нужен специалист достаточно опытный.
Игорь понял, что он подходит им, иначе с ним бы вообще долго разговаривать не стали - ведь предыдущим кандидатам говорилась дежурная фраза - «Спасибо, что зашли к нам, мы с вами позже свяжемся.» Они колеблются. Значит, надо просто убедить их в том, что он им необходим.
- Да, я понимаю, что у меня мало опыта, но в этом ведь тоже
есть плюс - я стремлюсь к познанию, мне нужны деньги и я могу и
умею работать. А насчет опыта… Стаж в трудовой еще не говорит о
классности специалиста. Есть спецы от учебы, есть спецы от Бога.
Плешивый ехидно улыбнулся и спросил:
- Вы, я так понимаю, причисляете себя ко вторым?
- Именно. Устройте мне любую проверку и я докажу, что рожден для этой работы.
- Ну, хорошо, сейчас идите отдыхайте, а завтра мы вас ждем в нашем офисе со всеми документами. - И когда он вышел из кабинета и остановился на мгновение поправить одежду, то услышал, как тот мужик говорит по телефону своей секретарше:
- Все, прием закончен, следующим звонарям говори, что специалист найден.
На следующий день, когда он пришел в этот же офис, ему вручили трудовой контракт, который ничем особенным не выделялся, а после того, как он его подписал, у него изъяли все документы, поздравили с «правильным выбором» и через несколько минут он уже ехал в УАЗике прочь от города, в какой-то лес, где он вскоре был посажен на вертолет.

Леха вскинул голову и встрепенулся. Его сердце бешено заколотилось. Открыв глаза, он вдруг подумал, что вертолет сломался и теперь, в полнейшей тишине, он камнем падает на землю. Но ведь почему-то при этом не захватывает дух и не обмирает внутри, как это обычно бывает, когда с высоты ухаешь вниз. Значит, они не падают.
И лишь когда один из охранников прошел вдоль салона и открыл люк, он понял, что они не падают. Они уже упали. Вернее, сели. Черт побери, но как же он пропустил момент посадки?! И он понял, почему - он заснул. Как бы это ни парадоксально звучало, он заснул, повиснув на цепях! Но как руки могли позволить ему… Едва мысли дошли до его рук, как они тут же ответили - конечности позволили ему, конечно, поспать неизвестно сколько времени, но зато теперь они превратились в какие-то неподвижные сгустки, наполненные тупой болью.
- Бля, погода охрененная! - Крикнул охранник снаружи. - Бот, вылазь тоже!
- Ага, щас! А кто скотов выпускать будет?
- Ты, в натуре, вечно все заговнишь! - Первый охранник, Бот, вернулся в салон и, оглядев прикованных, торжественно объявил. - Ну, все, козлики, прибыли на пастбище. Здесь-то вас научат родину любить! Выходи!
Он первым отвязал от наручников Леху и пинком выпнул его из вертолета. Тот упал во влажную траву, ударившую его в ноздри бурным концентратом неслыханных прелестных ароматов.
- Ты там пятаком землю не рой! - Крикнул ему Бот. - Быстро
сел на карачки и руки за голову. Кто шевельнется, замочу! Все
всосали?..
Ответом было молчание, да никто и не собирался ничего возражать. Леха тут же сел, как требовалось, и даже улыбнулся - в его передавленные кисти возвращалась жизнь. Было больно, очень больно, но это было хорошо. Его руки, значит, живые! Рядом сел еще кто-то. Сверху накрапывал мелкий дождик, отчего вокруг было сыро. И это несмотря на то, что светило солнышко! Намокшая растительность источала пьянящий голову аромат.
- Башку вниз! Вверх не смотреть!.. А ты, толстая задница,
сейчас свою блевотину жрать будешь, понял?.. Че молчишь?
Послышался звук, как будто железной трубой ударили по дивану. Кто-то охнул и растянулся по металлическому полу салона. Охранники заржали. А Леха подумал, что они прессуют того здоровяка. Не повезло парню - эти гориллы точно заставят его это делать.
- Вставай, да поживее! Срать он может, а убрать за собой -
ни хера! Ничего, сейчас научишься!
Справа, со стороны, противоположной вертолету, послышались быстрые шаги, а затем хриплый, но визгливый голос:
- Мясо! Мясо! Свеженькое мясо! Снова собачкам вкусненько
сегодня будет! - А затем послышались хлопки, как будто кто-то
хлопал в ладоши.
Леха осторожно, как можно незаметнее, приподнял голову и повернул глаза в сторону произнесшего такую непонятную речь. К ним из леса спешил сутулый мужичок в рваной засаленои фуфайке и ушанке, одно ухо которой было оборвано. Его лицо было заросшим и на вид как бы закопченым, немытая борода торчала клочьями, в которых застряли остатки пищи. Взгляд его был безумным. ОН СУМАСШЕДШИЙ, ЧТО ЛИ?
Мужичок подбежал к ним и стал каждого трепать по голове, радостно бормоча:
- Мясо, мясо, свеженькое мясо! Кто из вас сегодня собачек порадует, а?.. Встаньте, сейчас мы считалочку посчитаем, кто из вас пойдет к собачкам! Шишил - мышил - пернул - вышел! Гы-гы-гы-гы!
- Опять Дурика прислали! - Разочарованно произнес Бот. - Че, у них снова лишнего никого?
Послышались еще чьи-то шаги со стороны леса и кто-то сказал:
- Привет, братаны!
- О, зема, здорово! - Воскликнул охранник, имя которого Леха так и не узнал. - Че, все загораете?
- Ага, а вы все летаете? Че у вас там козлик делает?
- Да облевал вертолет, сука, щас вылизывает!
- Хватит, хватит! Нельзя это дядям делать! Давайте, лучше
собачек приведем, они все кушают! - Залопотал сумасшедший.
- Щас ты сам все скушаешь!
- Нет, Дурик такое не любит - оно кислое! Дайте я в карман наберу, в кармане места много, собачкам отнесу!
- Слушай, Лом, забери ты Дурика отсюда, он точно добазарится, ему кто-нибудь от скуки череп продырявит!
- А, по барабану! Все равно не жилец!
- Жилец - не жилец - молодец - жеребец! - Тут же радостно подхватил сумасшедший и стал хлопать в ладоши.
Игорь стоял в стороне и расширенными глазами смотрел вокруг себя. Он абсолютно не понимал, куда попал. Нет, он уже догадался, что это зона. У него был небогатый опыт работы в таких местах и он кожей ощущал непонятное напряжение, висящее в воздухе. Словно в нем витала смертельная опасность. Но он подумал, что чем-то эта зона отличается от других. «Господи, куда я попал?»
Дорогу осилит идущий

Членский билет №0083

Аватара пользователя
серж
Элита RUSGYM.RU
Элита RUSGYM.RU
Сообщения: 2727
Зарегистрирован: 14 окт 2009, 08:28
Как долго занимаюсь спортом: 20 лет
Откуда: колымская тайга

Re: Леший 2

Сообщение серж » 12 апр 2010, 19:30

- А это кто такой? - Ткнул в его сторону рукой охранник, пришедший из леса, с такой же кобурой и стволом в ней, на вид которому было лет пятьдесят.
- А это ваш новый геолог! - Зевнул Бот. - Эй, Антон, отпускай толстую задницу, пора идти, а то Батя опять нам огурцов вставит!
НУ, ВОТ, ТЕПЕРЬ Я ЗНАЮ И ЕЩЕ ОДНО ИМЯ ИЗ ИХ БРИГАДЫ.
- Ладно, козлики, подъем! Руки за голову и в колонну по одному! Шаг влево, шаг вправо расценивается, как побег, кто споткнется - того в три ствола дунем! - выкрикнул Бот и вся троица захохотала.
- Дурик-Дурик! - Позвал Лом сумасшедшего и посвистел, как будто подзывал собаку. - Ко мне! Домой идем!
- Домой-домой! Будем кушать! - Радостно воскликнул сумасшедший и, согнувшись так, что руки едва не коснулись земли, помчался к Лому.
- А ты, зема, чуть позади иди! - предупредил Игоря Антон.
Вся колонна двинулась вперед, по протоптанной дороге, прямо
к лесу, стоящему перед ними стеной. Впереди шел Лом, а за ним, пригнувшись к земле, с левой стороны, семенил сумасшедший, и если бы не фуфайка и не покалеченная ушанка, то можно было подумать, что это действительно собачка. Вслед за ними шли восемь заключенных, скрестив руки за головой. С двух сторон, чуть в отдалении от них, шли Бот и Антон. А в самом конце шел Игорь.
Вскоре они углубились в лес. В нем сразу стало как-то сумрачно. «Неужели кроны деревьев так затеняют свет?!» Удивленно подумал Игорь и поднял взгляд вверх. Хвойные деревья здесь действительно были высокие и раскидистые. Но там, на самом верху, где заканчивались их верхушки, небо затягивала какая-то рябь. Как будто кто-то натянул сетку на небо. Хорошенько рассмотрев эту рябь, до него вдруг дошло, что это действительно сетка. Маскировочная, какую он видел в армии. И натянута она была не на небе, а на деревья. «Интересно, это зачем еще?.. Здесь что, какой-то секретный объект?!»
Рахмат краем глаза тоже заметил эту сеть и слегка улыбнулся. Он подумал, что у Аллаха действительно тысячи неисповедимых путей. Сжимая руки на затылке, он мысленно поблагодарил его. Сразу чувствовалось, что здесь для него Всевышний приготовил пока что непонятные и потому очень интересные условия для игры. Он догадался, что материю, сквозь которую практически не проходят солнечные лучи, установил Аллах, чтобы непосвященные не могли видеть, что за игры здесь происходят. И на Рахмата тут же нашло озарение. Он вдруг понял, что Аллах на этом месте приготовил для каждого свою игру. Вернее, игра всегда одна. Лишь условия для каждого разные.
Они прошли по лесу почти с полкилометра, прежде чем началась зона. То, что это была зона, можно было не сомневаться. Здания в них всегда одинаковые, не смотря на то, что сделаны из разного материала. Они всегда схожи тем, что на них почти нет окон и выглядят они убого и облезло. Эти здания словно своим видом хотят сказать каждому - это не ваш дом, это ваша конура, скоты. Здания были скатаны из толстых и длинных бревен, и практически не имели окон. А узкие застекленные бойницы были заделаны решетками. Но все-таки эта зона отличалась от других тем, что не была обнесена высоким забором с колючкой или самшитом на ней, и лес на ее территории не был вырублен. Хотя последнее обстоятельство было как нельзя объяснимым - должна же на чем-то держаться гигантская, во весь лагерь, маскировочная сеть.
Справа от них тянулся длиннющий барак из потемневших от времени бревен, который терялся где-то среди деревьев. Слева было приземистое, но широкое здание, над которым на мощных лесах покоилась огромная цистерна. Из трубы, торчащей на крыше этого здания, чадил дым. Это была баня. Возле нее стояло здание поменьше, и его назначение было непонятным. Чуть дальше был немного покосившийся барак с большими окнами, в половине которых не было стекол. Лом повел колонну мимо этих двух зданий. Из бани в это время вышло несколько человек. Увидев новоприбывших, они радостно загалдели и захлопали в ладоши. ВЕРТУХАИ…
Следующим было здание, которое уже было обнесено забором, опутанным снаружи самшитом, а изнутри - МЗП. Это здание было высоким, большим и из его высокой крыши с просторной мансардой под ней вверх тянулась высокая антенна с широкой тарелкой спутниковой связи. ШТАБ. ГНЕЗДО МЕСТНОГО КУМА. Возле этого здания, дымя сигаретой, прогуливался часовой в такой же, как и у Лома, форме с короткоствольным автоматом. Возле него крутилась немецкая овчарка. Заметив колонну, она принялась лаять, но с места не тронулась. ДА, СОБАКИ ЗДЕСЬ ТОЖЕ ВЫДРЕССИРОВАННЫЕ! Недалеко от этого здания находилось другое поменьше, с просторными окнами и лоджией, на которой сидел в кресле, чистя свое оружие охранник. Дальше, в глубине леса, тянулся длинный барак, обнесенный забором с колючкой, вокруг которого на длинных цепях дремали здоровенные собаки. Под грибком, прячась от дождя, сидел часовой.
Но Лом не повел новоприбывших зэков ни в одно из этих зданий. Он остановил их на утоптанной опушке, представляющей, видимо, здешний плац и сказал:
- Все, козлики, прибыли! Стойте здесь, руки можете опустить, но никому ни на шаг в сторону. Кто шевельнется - наши песики тут же яйца отгрызут! Да, Дурик?
- Собачки хорошие, собачки у нас умные! Собачки кушать хотят! - Преданно заглядывая Лому в глаза, пропищал Дурик. - Будет им сегодня еда, будет!
- Все, на место! - И Лом от души пнул сумасшедшего под зад. - Эй, геолог, айда за мной!
Сумасшедший послушно, все в таком же согнутом виде, убежал куда-то прочь. Лехе было совершенно непонятно, что это за существо и к какой касте местного лагеря оно принадлежит, то ли к работягам, то ли к вертухаям, а то ли к зэкам. Хотя к вертухаям вряд ли.
Но вскоре ему было не до этих размышлений. Он увидел нечто, чего не видел ни на одной зоне и даже не слышал, чтобы такое было где-нибудь еще. На краю импровизированного природного плаца торчали прямо из земли остроконечные шесты, у основания которых, на расстоянии примерно полтора метра были сколочены древесные круги. И было совершенно непонятно предназначение этих приспособлений. Но один шест был поднят выше других, и он разрешал загадку, для чего же были предназначены данные устройства.
На этом шесте, окруженный насекомыми, сидел человек. Вернее, уже не человек. Жмурик, труп. Видимо, на этом шесте он находился довольно давно, потому что распух и почернел. Даже его пальцы на руках и ногах превратились в толстые сардельки. Из приоткрытого рта торчал синий толстый обрубок, в котором с трудом угадывался язык. Глаз не было видно, потому что вместо них там копошились полчища паразитов. Леха ощутил, как по спине у него пробежал озноб и к сердцу подобрался липкий и жуткий холод. До него дошло, что этот труп, бывший когда-то человеком, был казнен древним и жестоким способом, и выставлен на всеобщее обозрение. Более того, кол был не один и верхушки остальных гильотин, сделанных из дерева, были пропитаны кровью. ГОСПОДИ, ОН ЖЕ КАЗНЕН! НАТУРАЛЬНО, КАЗНЕН! МЕНЯ ПРИВЕЗЛИ ТУДА, ГДЕ ПРИГОВОР ПРИВОДИТСЯ В ИСПОЛНЕНИЕ. НО ЗДЕСЬ НИКТО НЕ МАЖЕТ ЛОБ ЗЕЛЕНКОЙ И НИКТО НЕ ТРАТИТ ПАТРОНЫ! ЗДЕСЬ ПРОСТО САДЯТ ОЧКОМ НА КОПЬЕ И ТЫ ПОСТЕПЕННО СДЫХАЕШЬ…
Серега ничуть не удивился этому зрелищу - волчья яма есть волчья яма, и на ее дне может быть все, что угодно. Он бы даже не удивился, если бы они от вертолета до лагеря шли по дороге, окаймленной крестами с распятыми на них зэками. Он много слышал баек про зону и увиденное им здесь не добавляло ничего нового. У него лишь промелькнула мысль, что теперь он Катюху никогда не увидит. И он даже не знал, что у нее в почтовом ящике уже лежит извещение о его смерти. И такие извещения получит не только она. Такие извещения получат все родственники прилетевших на этом вертолете. Судьба уже занесла их в списки сошедших с дороги, именуемой жизнью.
Рахмат улыбнулся едва заметно и поблагодарил Аллаха за новое испытание, которое тот ему приготовил. Сейчас он его испытывал не на физическую силу - сейчас он проверял в нем дух. И ради этого он позволил Сатане показать картинку из его царства. Но дух Рахмата нельзя было сломить таким видением и вскоре он потерял к нему всякий интерес. Он стал осматриваться по сторонам.
«Господи боже, куда я попал?! - Мысленно взмолился Игорь. - Это что, какой-то параллельный мир, где процветают времена Ивана Грозного?! Или я попал в средневековье?»
- Эй, геолог! - Позвал его Лом. - Пошли за мной, тебя ждет
Батя!
Он сказал это так громко, что Игорь от неожиданности вздрогнул. Но он лишь на мгновение взглянул на позвавшего его охранника, а затем глаза, как магнитом, вновь притянуло кошмарное видение казненного. Дунул слабый ветерок и в лицо Игорю напахнуло смрадное дыхание разлагающейся плоти. Его чуть не вырвало.
- Зема, ты оглох, что ли?! - Лом очень сильно и больно
ударил его по спине. - Пошли, тебе говорю, пока ты не занял
свободное место.
Бот и Антон дружно расхохотались. Игорь вернулся в действительность и зашагал вслед за охранником. Они шли к обнесенному плотным ограждением большому дому с длиннющей антенной и тарелкой спутниковой связи на нем. Они прошли мимо часового, прислонившегося к столбу ограждения и курящего сигарету. Дремавший возле него огромный черный пес глухо зарычал, оскалился и, поднявшись, направился в сторону Игоря. Часовой оторвался от сигареты, выдохнул облако дыма и лениво сказал псу:
- Фу!
Все. Этого хватило. Пес, бросив на хозяина обиженный взгляд, вновь сел, тем не менее продолжая глухо рычать, глядя на Игоря. «Дрессированные собачки!..» - Восхищенно, с долей ужаса, подумал он. Он понял, что стоило только часовому сказать «фас!» и ему бы точно отгрызли ноги. Они прошли через внешнее, потом внутреннее ограждение, затем минули еще одного часового. Игорь, конечно, не был специалистом по отечественным тюрьмам, но он еще раз убедился, что это не обычная тюрьма. Охранники были одеты в камуфляж с капюшоном и у всех висели наплечные кобуры, в которых болтались короткоствольные автоматы, похожие на импортные, как в голливудских боевиках, и все имели длинные и массивные глушители. «Зачем, интересно, глушители-то?..» Да и сам вид местных охранников уже внушал страх. Бот и Антон были лилипутами по сравнению с местными мастодонтами. «Их что, стероидами кормят, что ли? Или набирают в лабораториях по выращиванию мутантов?»
Шагнув внутрь здания, он на мгновение остановился и поморгал глазами. Ему показалось, что он попал в другой мир или видит сон. Внутри помещение разительно отличалось от того, что было снаружи. Здесь стены были выложены крутейшими стеновыми панелями девственно белого цвета. В навесных потолках ярко горели маленькие вставные лампочки. А воздух… Здесь он был, как в Альпах - свежий и прохладный. Пахло озоном. На стенах висели ажурные брашки, пол был без единого грязного пятнышка. Игорь даже забыл, где он находится, залюбовавшись этой красотой.
Из благоговейного созерцания его вернул все тот же Лом, идущий впереди. Он распахнул перед собой дверь и, пропустив Игоря перед собой, рявкнул басом:
- Прибыли!
- Свободен! - Бросил заседающий за широченным дубовым столом, оснащенным огромнейшим монитором, человек в рубахе с короткими рукавами, на шее которого висела невиданных размеров золотая цепь. - Проходи, зема!
Лом хмыкнул, глядя на Игоря и ушел прочь, закрыв за собой дверь. В этом кабинете воздух был особенно прохладным. Можно даже сказать, холодным. Человек с цепью встал и указал рукой куда-то в сторону:
- Знакомься, это твой шеф!
Игорь посмотрел туда, куда был нацелен палец, также снабженный массивнейшим золотым престнем и испытал нечто похожее на молчаливый шок. Позади него, на кожаном кресле, ссутулившись сидел какой-то старичок с редкой, но длинной и лохматой бородой и давно не стрижеными волосами. А где-то между двумя этими полями растительности, окруженные сеткой глубоких морщин, находились два глаза, источающие смертельную усталость и какую-то животную забитость. Старик медленно поднялся и, подтаскивая одну ногу, сделал несколько шагов вперед. Игорь поторопился ему навстречу. Было сразу понятно, что старику трудно передвигаться. Они пожали друг другу руки.
- Степан. - Произнес старик слабым голосом.
- Игорь.
- Отлично, познакомились. - Сказал человек с цепью. - Значит так, Степан, отведешь его в ваш барак и там все объяснишь как можно подробнее. Завтра вместе с тобой он на промстанок, там то же самое. Чем быстрее всему научишь его, тем быстрее слиняешь отсюда, с партией освобожденных козликов. Место ему найдешь. Все, свободны!
Старик согласно и даже, как показалось Игорю, заискивающе закивал и поторопился на выход, жутко припадая на правую ногу. Он оглянулся на новоприбывшего и прошептал:
- Иди скорее и не смотри по сторонам…
Сзади, из только что покинутого ими кабинета, послышался громкий голос:
- Кто там в столовой? Раиль, Бугра ко мне, живо!
Стоящих на плацу и забытых всеми зэков сжирала мошкара. Она лезла в лицо, в глаза, в нос, в уши, забиралась под одежду и впивалась своими жвалами в потные места. Все восемь человек начинали чесаться. Казалось, они исполняют какой-то танец из репертуара жителей Африки. И, естественно, они не обращали внимания на двух надзирателей, стоящих возле своего барака. Один был рыжий, а другой неизвестно какой, потому что был абсолютно лысый, полностью. Без волос, без ресниц, без бровей. И если бы он находился без одежды, то можно было увидеть, что и лобок у него также сияет гладкой кожей. В принципе, и кликухи у них были соответствующие. Сегодня они были не на смене и отдыхали. В данный момент они оторвались от карт, чтобы посмотреть небольшое шоу, которого уже не было целый месяц. Остальные еще не пришли из бани.
- Свеженькая козлятинка! - Произнес Рыжий и достал из кармана пачку сигарет. - Целых восемь голов.
- Семь. - Спокойно поправил Лысый.
- Че, думаешь, Батя по программе отработает?
- А хрена ли? Все как полагается! Дай-ка тоже дыхнуть, я свои на лежаке оставил!
- На! А с чего ты решил, что Батя уволит одного? Ты че, не в курсе, что щас козлики позарез нужны?
- Ха! Одним больше, одним меньше - еще пришлют! Спасибо ментам - мяса по лагерям еще полно!
- А чего ты думаешь, так просто их сюда определить?
- Да пошел ты в жопу! Самый умный, что ли, в натуре? Давай на штуку замажем, что он уволит одного?
- Да ты, парень, просто крут! Давай замажем! Только подкинь еще пару сверху, если угадаешь, кого уволит?
- Без базара! - Лысый согнул руку в локте и развернул ее ладонью вверх. Рыжий от души хлопнул по ней.
- Ну, кто? - Спросил он и смачно затянулся. Лысый задумался. А Рыжий вдруг тихо засмеялся и проговорил:
- Не, прикольно они танцуют. Бля буду, а завтра какие танцы будут! Как раз моя смена, на новый промстанок пойду - обработать их хочется по полной.
- Ага, губу подтяни, а то уже на яйцах болтается! Желающих и без тебя будет!
- А я подменю кого-нибудь!
- Ох, и поставят тебя на бабки!
- А по херу - я вчера в покера полтяху снял - не пожалею!
- Поглядим.
- Опа, Батя вышел! Называй скорее!
- Я думаю, вон тот, здоровый!
- Че, щетина что ли, в натуре, на балде расти начала?! Это ж
работальный агрегат!
- Че, в отказ пошел?
- Не, все пучком, шоу продолжается! - А ты на кого
ставишь?
- Да ни на кого! Я говорю, что все в стойло пойдут.
- Ну, а если нет, то на кого?
- Да хер их знает… Но не здоровый, это руб за сто! Если на то пошло, то тогда уж вон на ту гориллу с лапами!
Рахмат в первое мгновение потерял способность мыслить. Но сейчас… Прошло несколько секунд, прежде чем он опомнился и стал возносить молитву Аллаху. Нет, он не зря его привел сюда! Воистину,
всевышний знает лучше самих слуг его, что у каждого на сердце! Не
зря он и Рахмата привел сюда. Вот кто сможет сыграть в его игру.
Он с вожделением смотрел на двух человек, приближающихся к их уже
порядком намоченной дождем нестройной шеренге. Впрочем, ни дождя,
ни одолевающего его гнуса Рахмат не замечал. Он знал, что это
Аллах проверяет его еще раз, достоин ли он своей игры. В отличие
от других, он не чесался и не матерился внутренне. Впрочем,
материться он не умел ни на своем родном языке, ни на русском. Да
и нельзя было это делать. Неугодно это Аллаху. Ведь он, Рахмат,
избранный! Один из немногих. И он докажет это! Аллах однажды
призовет его к себе и он будет верным слугой в его мире!
Серега перестал чесаться, едва заметил, как из того здания с антенной вышло двое. Один был, в отличие от прочих надзирателей, в комбинезоне цвета хаки, носил темные очки и жевал жвачку. На его шее висела гигантская золотая цепь. «Реальный парень! Видать, центровой ихний. Здоровый, сука!» А когда он приблизился ближе, то Серега, взглянув на сопровождавшего его мужика в камуфляже и плетеной кобуре вокруг торса, в которой сидели два ствола и несколько ножей, забыл про мошкару и морось, уже основательно намочившую его спину. Это был не просто здоровый парень. Это было что-то кошмарное, как Годзилла. «Телок. Это его телок, однозначно!»
Телохранитель был выше своего хозяина на две головы и чуть ли не в полтора раза шире в плечах, но при этом даже в просторном комбезе не имел ни малейшего намека на живот. Это был гигантский человек. Таких Серега не видел даже в шоу силачей, перетаскивающих двухсоткилограммовые бревна и толкающих руками грузовики. К его ужасающей внешности еще прибавлялось то, что на обезображенном, испещренном шрамами лице, был лишь один глаз и он горел тупой яростью голодной акулы. «Не хотел бы я попасться под его кулаки, когда он не в настроении…»
Леха не сразу увидел приближающуюся к ним колоритную парочку, потому что стоял чуть сбоку и немного позади того парня, которого рвало в вертолете. Его широкая спина загораживала все зрелище. А когда он увидел их, то впечатление, навеянное зрелищем казненного человека, стало совсем мрачным. Он понял, что это никакая не зона, а пристанище отмороженных бандитов. Это было сразу видно по внешности главаря банды и его до зубов вооруженного телохранителя, имевшего плюс ко всему уродский фэйс. И у Лехи вдруг возникло ощущение, что лицо телохранителя и мертвец, сидящий на коле - работа одного безумного художника.
Местный кум, этот пахан бандитской шараги, в очках, остановился в двух метрах от шеренги зэков. Ручная Годзилла, пришедшая вместе с ним, остановилась рядом. Сцепив руки за спиной, это чудовище стало смотреть единственным глазом куда-то поверх голов. Казалось, ему глубоко по барабану, что здесь происходит. Он так, мимолетом заглянул.
Кум оглядел всех прибывших и стал говорить:
- Ну, что ж, господа, заключенные, или как вас здесь любовно называют мои мальчишки, козлики, поздравляю вас с прибытием в это райское место. Впрочем, райское оно для меня. Для вас это - ад… Если вы думаете, что там, где вы чалились до сих пор, было дерьмово, то вы просто еще дерьма не видели! Здесь вы поймете, что о том месте, откуда вас выдернули, вам можно будет только мечтать! И оно будет вам сниться только в самых розовых снах, если таковые еще снизойдут на вас. Здесь вы все - мясо, собачьи консервы в недалеком будущем. Хотя, конечно, вы можете и остаться в живых, если усвоите несколько здешних простых правил…
Первое - это не та зона, где вы чалились, повторяю еще раз для тупых! Здесь нет ни паханов, ни мужиков, ни петухов! Если на то пошло - то вы все опущенные, запомните это сразу. Это скоро вам докажут мальчики. Сами видите, женским вниманием мы тут обделены, поэтому удовлетворяем свою нужду чуть по-другому… Для вас я - Господин. Если вдруг у кого-нибудь из вас возникнет безумное желание обратиться ко мне - то обращаться именно так. Дальше - здесь трудятся все! На мое благо и мой кошелек. Кто не хочет трудиться, того мы быстро научим - это вы скоро поймете. Если кто-то, а у нас бывали такие безумцы, предпочтет смерть работе здесь, то советую посмотреть на того, кто тоже имел такую наивную мысль. Этот кусок, воняющий на весь мой дом, сейчас сидит на коле. Вы даже не представляете, как человек, находящийся там, быстро забывает о смерти, и желает только одного - трудиться на мое благо. Дальше - из вас через несколько дней останется половина, ну, может быть чуть больше, потому что несмотря ни на какую любовь к труду, не все способны вынести такую любовь. Кто-то окажется слаб, кого-то мальчики удовлетворят до полного оргазма, кто-то окажется тренажером для наших собачек - они тренироваться любят, а кто-то прямо через несколько минут пойдет на собачьи консервы…
Дорогу осилит идущий

Членский билет №0083

Аватара пользователя
серж
Элита RUSGYM.RU
Элита RUSGYM.RU
Сообщения: 2727
Зарегистрирован: 14 окт 2009, 08:28
Как долго занимаюсь спортом: 20 лет
Откуда: колымская тайга

Re: Леший 2

Сообщение серж » 12 апр 2010, 19:31

Однако есть одна маленькая, но очень хорошая новость для вас. Несмотря на то, что общество там, в городе, отвернулось от вас и приговорило вас пожизненно загорать на нарах и кормить вшей, я, ваш Господин, подарю вам свободу. Тем, кто отработает у меня ровно три года! Вы слышали?! Ровно три года - и вы будете абсолютно свободны. Вы покинете мой гостеприимный, но требовательный дом через три года на этом же вертолете, на котором и прилетели сюда. Пока вы будете лететь на нем, там, на воле вас уже будет ждать золотая справочка об освобождении…
Только хочу предупредить сразу - у нас, как говорилось в старом добром фильме про двенадцать стульев, длинные руки и хороший слух, и если кто-то там вякнет хоть слово про нашу зону, может попрощаться с жизнью, потому что о вас никто не забудет и за каждым вашим шагом будут пристально следить. Вот, собственно и все. Ну, правда, с некоторыми специфическими нюансами пребывания вы познакомитесь по ходу своей жизни здесь. Всем все ясно?.. Так, вижу вы еще не обучены манерам. Хорошо, объясню - со мной разговаривать только на коленях. Всем все ясно?..
Зэки нерешительно топтались на месте, переглядываясь друг с другом. Кум радостно оскалился и громко констатировал:
- Так, вижу вы не хотите учиться…
Не успел он это договорить, как чудовище, о котором все позабыли, и которое превратилось в глыбу окаменевшей плоти, со скоростью пули метнулось вперед. Удар и самый крайний - тот, кто был с наколками, отлетел на пару метров, на ходу разбрызгивая кровь. Снова удар - и тот, демонстрирующий полный рот металлических зубов, последовал примеру первого. Только на ходу он терял свои зубы. Третьего удара не было.
Рахмат быстро сообразил, что в свою игру ему сыграть сразу не удастся. Сперва надо будет сыграть в игру, которую предлагает этот местный хан. Он хорошо запомнил каждое его слово и опять же мысленно восхвалил Аллаха за то, что тот дал ему такой тернистый путь. Только избранные ходят такими путями. Не дожидаясь, пока большой воин проверит его силу, упал на колени, прямо в грязь, сложил руки лодочкой перед лицом и громко сказал:
- Нам все ясно, о, Господин!
А сам посмотрел на воина. О да, это ОН! Тот, к которому Рахмат шел всю жизнь. Вот с кем наконец-то свел его Аллах! Это был большой воин. Очень большой! Он таких не видел и даже не слышал о таких. Да, придет время, и Аллах скажет Рахмату: «Все, о великий из моих верных слуг, пришло твое время. Я разрешаю тебе сыграть с ним в твою игру! Я благословляю эту игру!» И тогда Рахмат протянет к нему свои руки и дождется, когда этот могучий воин протянет к нему свои, и после этого они будут играть. И если он выиграет, то станет еще на одну ступень ближе к царству Аллаха.
А воин одним свои уцелевшим глазом смотрел на Рахмата и в этом глазу сияла неукротимая и неистовая сила и жажда игры. Он не тронул Рахмата, хотя тот втайне желал проверить силу воина. «О, да, это воистину тот, кто достоин сыграть со мной!»
Леха моментально последовал примеру сутулого узбека с длинными руками и мощными предплечьями. Он также упал на колени, сложил руки таким же образом и почти выкрикнул:
- Да, Господин!
Остальные не стали долго раздумывать. Все поступили так же. Даже откинутые страшными ударами те двое торопливо поднялись с земли и, сев на колени, булькая окровавленными ртами, вразнобой повторили заклинание.
Серега был напуган. Здесь творилось что-то невообразимое. Он не понимал, что вокруг него происходит. Непонятная речь, из которой он уловил только то, что всех ждет смерть и, судя по намеку, она придет через жопу - либо его очко порвет своим таким же гигантским инструментом одноглазая Годзилла, либо его очко натянут на шест, рядом с полусгнившим жмуриком. Так или иначе - смерть. А он никак не хотел такой смерти. Пулю в лоб пожалуйста! Он даже улыбнется той суке, кто нацелит на него ствол, но только не так!
А одноглазый монстр, как чудовище из неизвестной сказки, вернулся на свое место, приняв прежнюю позу и глядя своим глазом поверх голов.
- Ну, что ж, - удовлетворенно произнес кум и достал из подмышки папку, - а теперь познакомимся, кто же к нам прибыл…
Он развернул папку и достал из нее первый листок.
- Горцев Алексей… - Кум поднял взгляд на стоящих на
коленях людей. - Я не понял…
Леха заметил за долю секунды, как мертвый взгляд Годзиллы возвращается в этот мир и сообразил, что сейчас будет очередной прыжок и он выплюнет свои зубы вместе с мозгами, после чего поспешно выкрикнул:
- Это я… Господин!
Под непроницаемо темными очками расплылась довольная улыбка:
- О, да я смотрю, некоторые из вас быстро учатся!.. Ну, что
ж, внимательный ты наш, кто ты такой? - Он поднял в воздух первый
листик и посмотрел в него. - «Осужденный по статье…» Так, это
не интересно. «Находясь в гостях у своих знакомых, семьи
бизнесмена Ломова, распил вместе с ними спиртные напитки, после
чего убил их. Сперва хозяина семьи, нанеся ему семь ударов ножом
в область сердца…» Ты, парень, прямо мясник! «Затем убил его
жену, нанеся пять ударов в область груди, один в область шеи и
два в живот. При этом подсудимый знал о том, что женщина была на
шестом месяце беременности…»
Пока кум все это зачитывал, перед глазами Лехи сквозь туман появились какие-то лица, окруженные милицейской формой. Удары, выкрики… Затем чужая квартира. ЧЕРТ ПОБЕРИ, ЧТО ПРОИСХОДИТ?! ЭЙ, ЗА ЧТО ВЫ МЕНЯ МОЛОТИТЕ?! ГОСПОДИ, А ЧТО ЭТО ВОКРУГ?.. Кровь, сплошная кровь. Лужи крови и… Андрюха, лежащий на полу, лицом вверх. Вся его футболка была пропитана кровью и сам он лежал в луже этой жидкости. Его рот был открыт и полураскрытые глаза остекленело глядели в потолок.
Это видение пронеслось у него перед глазами в доли секунды, а затем он вновь осознал себя стоящим на коленях в лесной грязи, а недалеко от него хозяин зоны зачитывал вслух его дело.
- «…Ввиду тяжести содеянного суд признал его виновным по всем пунктам обвинения и приговорил к пожизненному заключению в колонии строго режима…» Бабу-то зря резал, тем более пузатую! - Просто заметил кум и подложил его листок под остальные.
- Я их не убивал. - Вдруг громко и отчетливо, точно так же, как и на суде, сказал Леха.
- А мне накласть и розовым посыпать! - Коротко бросил кум. - Хоть пусть только раньше и занимался тем, что бабочек ловил да собачек дрючил. Ты уже здесь… А сюда не надо было попадать. Это первое. Второе - и это касается не только тебя - еще раз перебьешь или вафельницу раскроешь без разрешения - зубы свои проглотишь! Дальше… «Сергей Малов, осужденный по статье… Осужден за двойное убийство. Суд принял во внимание, что обвиняемый неоднократно привлекался к административной и уголовной ответственности, в содеянном не раскаивается. Приговорен к семи годам тюремного заключения в колонии строгого режима.» Интересно, как ты сюда-то попал? Здесь у нас более шустрые ребятки чалятся!
У Сереги перед глазами ничего не возникало и ни о чем он не переживал. Он знал, что те получили по заслугам. ОН лишь только опасливо глядел на одноглазое чудовище, которое бросалось вперед со скоростью, никак не совместимую с его массой.
- Захар Майдулин…
- Я, господин! - Выкрикнул мужик, который был весь в наколках.
- «…Ночью проник в частный дом с целью ограбления. В доме находились две женщины - мать с дочерью, которые приехали из другого города этим вечером. Подсудимый изнасиловал обеих женщин, а потом, с целью сокрытия преступления, убил с помощью холодного оружия и поджег дом…» О, вот это уже веселее! Настоящая отрыжка общества! - Радостно воскликнул кум. - Посмотрим, с каким рвением ты будешь работать на меня!.. Далее, Денис Отрысов!
- Я, Господин! - Воскликнул парень с не по-мужски смазливым лицом и пухлыми губами.
- «…Работая в комиссии по делам несовершеннолетних, воспользовался своим служебным положением и, шантажируя подростков, входил с ними в сексуальную связь. Узнав, что несколько человек из этого числа собираются писать заявление его вышестоящему начальству по данному поводу, хитростью заманил их в нежилой дом, напоил спиртным с растворенным в нем сильнодействующим ядом…» Ого, цивилизованный человек! - Кум даже приподнял очки, разглядывая человека, краткое досье которого он только что читал, и всем стали видны его ясно-голубые глаза, которые скорее были похожи на глаза влюбленного юноши, чем на жестокого хозяина своих заключенных. - Мальчиков, значит любишь ?..
- Я… Я не делал этого… Господин. - Едва слышно проговорил пышногубый.
- Ну, значит будешь! Как я говорил, баб тут нет, а мальчиков полно на любой вкус. Так что если у тебя вдруг случится чудо и останется свободное время, то входи с ними в сексуальную связь! - И кум, вернув очки на свое место, довольно расхохотался.
- Не понял, а чего эти два листка вместе? - Кум нахмурил брови, разглядывая скрепленные степлером два листка бумаги. - А, вот в чем дело! Тут у нас два хера, осужденные по одному делу… «Алексей Пономарев и Аристарх…» Ну, и имя! С таким жопу даже вытирать бумагой нельзя! Исключительно в биде подмывать!.. «Аристарх Ковалев!»
- Я, Господин! - Чуть ли не хором воскликнули два парня, стоящих рядом в самом конце шеренги.
- Я - я! - передразнил кум. - Головка от руля! Кто Аристарх?
- Я, Господин! - повторил самый последний в строю, с кривым и приплюснутым носом, похожий на профессионального боксера.

- Красотуля! Завтра же пойдешь с Дуриком говно из параши черпать, усек?
- …Д-да, господин! - Чуть с опозданием ответил парень.
- Так, на чем мы остановились? Ага, статья… «Находясь в составе банды, неоднократно нападали на водителей частных автомобилей и путем разбойного нападения завладевали их траснпортными средствами, после чего хозяев убивали…» Что ж, веселые и шустрые ребятки. Такие у нас обычно становятся самыми лучшими работниками - участниками соцсоревнований! - Кум, в очередной раз довольный своей шуткой, рассмеялся и затем остановился взглядом на следующем листке.
- Рахмат Назарбеков, осужденный по статье…
- Это я, о, мой Господин! - С благоговейной ноткой в голосе воскликнул Рахмат.
Кум осекся на полуслове, перебитый самым наглым образом и уставился на подобострастно взирающего на него сутулого узбека с длинными руками, скорее похожего на обезьяну, чем на человека.
- Вообще-то я не просил… Но, молодец, чурбан, твоя лояльность тебе зачтется. Так что ты за фрукт у нас? - Кум вернулся к прочтению досье. - О, какие люди! Такие ребята в нашем коллективе большая редкость!
Кум с новым интересом посмотрел на стоящую в грязной луже на коленях обезьяну и даже сделал несколько шагов по направлению к ней, рассмотрел еще раз с ног до головы и опять же вернулся к тексту:
«Серийный убийца, прозванный жителями и следователями всего побережья Черного Моря Южным Душителем…» Слышал-слышал про тебя много интересного! Говорят, передушил больше сотни человек за свою не такую уж долгую жизнь?
- Я не душил людей, о, мой Господин! Я играл с ними в игру! - Глаза Рахмата заблестели фанатичным блеском.
- В игру? - Кум удивленно замолчал, а потом разочарованно произнес. - Понятно, нам прислали сумасшедшего! «В течении пятнадцати лет подсудимый держал в страхе целую область, совершая нападение на одиноких людей и беспричинно убивал их путем удушения…» Да ты еще и опасный сумасшедший! Но ничего, у нас, в принципе, думать как раз и не надо. Но одно могу сказать - время и, честно говоря, сил заниматься таким ремеслом у тебя не останется, это я гарантирую…
Как тебе будет угодно, Господин! - Рахмат сложил руки лодочкой и сделал небольшой поклон.
- Ну, что ж, у нас остался последний козлик! - Торжественно
объявил кум и впился взглядом в последний непрочитанный листок
бумаги. - Фарит Сапламанджиев… Ну, и фамилия!
- Я, господин! - Громко воскликнул мужик с полным ртом металлических зубов, которых стало на два меньше после знакомства с конечностями Годзиллы. На его губах все еще алела свежая кровь.
- Что-то чурок в последнее время много присылают. Прямо
интернациональная бригада! «Подсудимый, работая слесарем в
колхозе «Красная правда…» О, мать твою, это еще такие колхозы
остались, что ли?!, «…под предлогом выпивки заманивал в свой
дом односельчан, после чего убивал, расчленял тела и использовал
их в пищу, а также занимался изготовлением мясной выпечки с
последующей ее продажей с целью наживы…» Людоед, значит?
- Да, господин!.. Есть очень хотелось…
- Да ты что?! Это что, и в наше время в колхозах все еще плохо живут?
- Да, господин.
- Могу тебя успокоить - здесь ты голодным не останешься. Ну, что ж, мы познакомились со всеми… А вы в курсе, что у нас есть одна добрая традиция?
- Нет, господин! - Недружно ответила шеренга.
- Ну, что ж, я вас сейчас с ней познакомлю… У кого-нибудь есть желание после того, как я вас познакомил с основными условиями проживания, сразу же стать свободным?
Все молчали, напряженно глядя на своего нового хозяина, и ожидали какого-нибудь подвоха.
- Обещаю, я того сразу же отпущу на волю! - Кум передал
папку стоящему все в той же неподвижной позе монстру, а сам
положил свои руки на пояс. - Так, гляжу никто не хочет… Какие
все сегодня трудолюбивые!
Кум подошел ближе к шеренге и стал прохаживаться возле зэков. И за темными стеклами очков не видно было глаз и то, что скрывается за ними. Он вдруг обернулся в сторону бараков, где находились вольеры и громко позвал:
- Дурик, ко мне! - А потом, вновь повернувшись к строю,
пояснил. - Это наш малость умалишенный слуга. Его сознание
абсолютно чисто, нет никаких корыстных помыслов и потому ему
можно спокойно доверить такое ответственное дело - выбрать того
козлика, который покинет наше стойло свободным!
Вскоре прибежал знакомый всем сумасшедший в засаленной фуфайке и одноухой шапкой. Его лицо светилось счастьем, совсем как у собаки, которую к себе подозвал хозяин, держащий в руке косточку с добротным куском мяса. Он припал на колени и обнял руками ноги кума, преданно глядя в глаза:
- Хозяин звал Дурика? Дурик прибежал, Дурик очень быстрый!
- А ну-ка, выбери-ка нам человека! Кто сегодня станет
свободным, кто порадует наших собачек?
- Собачки беспокоются, собачки голодные! - Жалостливо произнес сумасшедший и встал. - Я помогу выбрать человека хозяину!
После этого он сорвался с места и кинулся к строю. Там он стал подбегать к каждому и обнюхивать с ног до головы, бормоча:
- Шишил-мышил! Шишил-мышил! Кто останется? Давайте посчитаемся!
Потом он вернулся к хозяину и растерянно произнес:
- Дурик не знает, мясо все одинаково пахнет! Но собачки кушать хотят! Им надо много мяса!
- Ладно, понял! - Кум ласково, совсем как собаку, потрепал сумасшедшего по голове и сказал ему. - Место!
Дорогу осилит идущий

Членский билет №0083

Аватара пользователя
серж
Элита RUSGYM.RU
Элита RUSGYM.RU
Сообщения: 2727
Зарегистрирован: 14 окт 2009, 08:28
Как долго занимаюсь спортом: 20 лет
Откуда: колымская тайга

Re: Леший 2

Сообщение серж » 12 апр 2010, 19:33

глава 2

А после этого пошел к строю. Одновременно он сунул руку за пазуху и вернул ее уже с пистолетом. Никто ничего не успел сообразить, как он направил черный ствол в цель, которую выбрал только что, и нажал на спусковой крючок.
Леха не слышал выстрела, и это неудивительно - пистолет, как и все оружие здесь, было снабжено глушителем. Зато он услышал треск разламываемой плоти и в его лицо рванулся неимоверной силы разрушающий удар. Его снесло с ног и он упал прямо в грязь, широко раскинув руки. В глазах потемнело, а все звуки перестали существовать…
Прошла, наверное, целая вечность прежде чем чувства вернулись. Он вдруг понял, что ощущает холод и влагу, которая пробирается во все складки его одежды и тела. Затем ожили уши. Они наполнились звуками. Громкими, режущими слух. НЕУЖЕЛИ В РАЮ ТАК ЖЕ НЕУЮТНО, КАК И НА ЗЕМЛЕ? ИЛИ Я ЗА КАКИЕ-ТО СВОИ ГРЕХИ ПОПАЛ В АД?!
- Мясо - мясо! Ура, у нас много мяса! У собачек сегодня будет праздник! Хозяин подарил им целых два мяса! - Этот голос был очень знаком и с ним было связано видение человека с головным убором, у которого было одно длинное ухо.
- Ух ты, неужели я одной пулей двоих отпустил?! - Это был другой голос, который почему-то вызывал в душе панический страх. - Эй, доходной, ты зажмурился, что ли?!
И после этого короткий и несильный удар в бок. И этот удар вернул его сознание на место, откуда оно только что отлетело немного погулять. ЭТО НЕ РАЙ И ДАЖЕ НЕ АД… ЭТО ЗОНА И КУМ В ОЧКАХ. Леха попытался открыть глаза. Вернее, он их открыл, но они ничего не видели, а вокруг них все было в какой-то слизи. Ужас вцепился Лехе в глотку. ОН МНЕ ВЫСТРЕЛОМ ВЫБИЛ ГЛАЗА… ГОСПОДИ, Я ОСЛЕП! Он с криком сел и стал лихорадочно тереть глаза.
- Ты смотри-ка, он жив! - Голос кума.
- Мало мяса! - расстроенный голос сумасшедшего. - У собачек не будет праздника…
- Ни хера себе! Ты че, Дурик, в натуре припух? Обосрутся
твои собачки, если я всех им отдавать буду!
Леха прозрел. Нет, он не лишился зрения. Просто его глаза были залеплены какой-то слизью. Чужой слизью. Он растер ее по лицу и взгляд немного прояснился. Прямо перед ним стоял знакомый силуэт с очками. Кум сказал со смехом:
- Че, козлик, напужался?! Думаешь, башка твоя лопнула и
мозги наружу потекли?
Но Леха пока ничего не думал. Он был в полной растерянности и не понимал, что произошло. Он был жив, но саднило левую скулу и во рту стоял кисловато-приторный вкус крови. В голове гудело, как после хорошего удара в лоб. Он наконец-то смог окончательно прояснить зрение и оглядеться. И это действие ему не принесло успокоения или особой радости. Прямо рядом с ним, раскинув руки в грязи, лежал его сосед слева. Тот, чья широкая спина загораживала ему вид слева. Память, как добротный диктофон, прошептала ему в ухо голосом кума: «Сергей Малов…» И Леха еще никак не мог сообразить, а почему его сосед валяется в грязи и что у него с головой.
А с головой у него было действительно что-то странное. Она стала значительно меньше. Она превратилась в какой-то кровавый обрубок. Из воротника одежды торчала шея, после которой шла нижняя челюсть, полураскрытый рот, а затем половина носа. Дальше шли куски рваной кожи, в центре которых виднелись неровные куски розовых костей и кроваво-серые сгустки, которые медленно стекали в коричневую жижу почвы. Все вокруг, в том числе и одежда Лехи, была забрызгана кровью. На его коленях лежал клок волос вместе с куском скальпа и неровным осколком черепа. Все, Сереги Малого не стало.
В одно мгновение человек превратился в кусок обезображенной плоти. Леха посмотрел на свои руки и догадался, почему он никак не мог прояснить свое зрение. Выстрелом из пистолета соседу разнесли голову и ее осколки нанесли удар по Лехе, свалив его с ног, а лицо залепили студенистой массой разорванных мозгов. В его носу стоял тошнотворно-приторный и сладкий запах теплой крови. Леха согнулся, его желудок судорожно сократился и выплеснул наружу небольшое количество содержимого. И он, естественно, не видел, как стоящие вдалеке и наблюдающие за казнью рыжий и лысый надзиратели переглянулись. Лысый ухмыльнулся и протянул руку, развернутую ладонью наружу. Рыжий сплюнул на землю, сматерился и хлопнул по его руке своей ладонью, после чего спросил:
- И как тебе удалось только догадаться, а? Может, ты заранее
с Батей договорился?
- Ну, тогда бы я не на штуку спорил - Батя мелко не плавает!..
- Не, ну, ты скажи, твою мать, как ты смог предвидеть, кого он замочит?!
- Ага, захотел, чтоб я свою прибавку к пенсии тебе раскрыл! Я как-нибудь еще разок тебя обую на бабки хорошенько, может, тогда и вскрою козыри!
- Не, все, больше я с тобой не спорю - ты и так, по-моему на мне уже целое состояние сделал за всю нашу совместную работу здесь!
- А кому легко! Давай-давай, иди в казарму и бабули готовь. Да, ладно, не гунди! С меня литр коньяка, так и быть!
Сумасшедший, обрадовано хлопая в ладоши, убежал куда-то в сторону. Кум убрал свой пистолет обратно за пазуху, в наплечную кобуру и, оглядев стоящих в шоке заключенных, громко сказал:
- Теперь вы понимаете, что ваша жизнь здесь ни хера не
стоит. Здесь нет прокуроров, судей и прочих мудаков с регалиями
юристов. Здесь все решаю я. Так что смотрите, чтобы не оказаться
следующим на месте этого куска мяса! Но хочу предупредить сразу,
что следующая смерть будет не такая легкая. Сейчас придет охрана
и вас отведут на свое место, а завтра с утра вы познакомитесь со
своей новой работой и жизнью вплотную.
С этими словами кум развернулся и ушел обратно в свое логово. Его одноглазый телохранитель вернул свой взгляд из другого мира, оглядел насмерть перепуганных людей и последовал за ним. Вскоре прибежал сумасшедший с радостной улыбкой на лице и длинным багром с противопожарного щита в руках. Он вонзил загнутый и очень острый конец багра в тело убитого. Багор вошел с хрустом, выдавливая из тела еще не свернувшуюся кровь и от этого зрелища Леха ощутил, что земля под ногами начинает куда-то уплывать. Сумасшедший развернулся и потащил свою добычу к собачьим вольерам и вскоре оттуда послышался глухой стук топора. Собаки радостно залаяли - они уже предвкушали сытный обед.
- Пацаны, да что ж это такое?! Куда мы попали?! - Вдруг
заговорил боксер с оригинальным именем. - Нам же здесь всем
кабздец…
- Не, пацаны, в натуре, надо что-то делать! - Подтвердил его напарник, оглядываясь вокруг. В его взгляде уже читалось, что он хочет сбежать.
- Ты хочешь быть следующим после свежего жмурика? - Спросил мужик в наколках. - Или занять место на шесте?.. А если и сбежишь, то куда? Нас сюда два часа на вертушке везли!
- Лучше сдохнуть, чем лопатить на этого…
Аристарх не договорил. К ним приближалось четверо надзирателей с короткоствольными автоматами. Один держал на коротком поводке крупную немецкую овчарку, которая при приближении к зэкам вдруг стала глухо лаять и рваться с поводка. Из ее пасти брызгала густая слюна.
- Ну, что, козлики, хватить отдыхать! Сейчас мы вас проводим
в ваш отель и предоставим номера люкс…
Гриша наблюдал издалека, как оставшихся семь человек подняли на ноги и пинками погнали в свое стойло - в общий барак, где парились остальные. Хотя тех не было - они еще не вернулись с работ. Возвращались они, едва начинало темнеть. А поднимали всех на работу, едва начинало светать. Это было в четыре утра. Гриша видел, что все эти семь человек отличаются друг от друга - они еще пока люди, еще Личности. Но это ненадолго. Не пройдет и месяца, как они все превратятся в тупых работающих на износ машин, как и все остальные, лишенные своего «я», в рабов хозяина зоны. Едва он подумал о нем, как тут же в голову ударила кровь и руки зачесались, желая взять в руки то, что он припрятал здесь, в своем обиталище…
- Куда я попал, что все это значит? - Игорь оглядывал
внутренности уродливой хибары, куда его привел хромающий старик.
Тот сел на табурет, не торопясь достал папиросу из мятой пачки «Беломора», которых Игорь не видел уже более десяти лет, протянул его новенькому и вторую взял себе.
- Ты садись, браток, закуривай, разговор тяжелый будет… -
Старик затянулся, выпустил дым и внимательно посмотрел на Игоря.
- Как тебя угораздило-то сюда попасть?
Игорь рассказал вкратце свою историю. Старик горько усмехнулся:
- Денег захотелось подзаработать? Вот я точно так же попал, мать ити! И тоже, суки, документы забрали! Зато потом здесь, в лагере вернули. Один хер, отсюда никуда не сбежишь… - Так я не понял, это что, кидалово? Работать работай, а платить…
- Да не - бабки без проблем! - Старик пнул ногой стоящий на полу старый кожаный чемодан. - Открой, не стесняйся!
Игорь наклонился, пододвинул чемодан к себе и открыл молнии. Подняв крышку, он заглянул внутрь, но тут же захлопнул ее и пораженно посмотрел на старика:
- Это что, они?
- Они-они.
- Так за такие деньги можно работать! - И Игорь снова
заглянул в чемодан. Там, несколькими стопками, перетянутые
резинками, лежали сотенные купюры баксов.
- Ты здесь все здоровье и нервы оставишь, я уж не говорю о
годах…
- Ну, в твои-то годы… - Начал Игорь, но старик его перебил:
- Мне, Игореха, тридцать восемь.
Игорь замолчал, пораженно глядя на человека, выглядящего как минимум на тридцать лет старше. Старик опять же горько усмехнулся:
- Но, слава Богу, что я вообще жив остался. Меня привезли вместо одного крякнувшего техника. А зэки… Те вообще мрут, как мухи.
- Так что за беспредел здесь?! Неужели власти не знают…
- Власти!.. Я на двести процентов уверен, что они кормятся с этой зоны и им по барабану, что здесь происходит. Лишь бы далеко наружу не вылезало. А наружу не вылезает, иначе бы давно прикрыли эту лавочку. Здесь слишком хорошая кормушка. Сам увидишь, сколько золотишка добывается!

- Так ведь все просто - раз я вольнонаемный, то можно сбежать или закосить под дурака, что ничего не соображаю в геологии.
- Во-первых, никуда отсюда не сбежишь, тебя даже догонять или ловить не будут - просто пару собак пустят. А во-вторых, косить уже поздно - тебя же проверяли на профпригодность… Да и к тому же все равно ничего не удастся. Видел сидящего на коле?

- Жуткое зрелище… Здесь так зэков казнят?
- Это, Игореха, не зэк. - Старик последний раз затянулся и смял окурок в пепельнице. Было заметно, что его пальцы сильно трясутся. - Это техник, которого присылали мне до тебя. Он пошел в отказ от работы, узнав, куда попал… Правда, после того, как ему вырвали несколько ногтей, он согласился, но было поздно. Батя его приговорил… Ему вырвали остальные ногти, выломали все зубы, а после этого посадили на кол… И вся зона смотрела на это представление!
Господин, как звали его заключенные, или Батя, как звали его надзиратели и немногочисленные вольнонаемные, как Игорь, вернулся в офис. Он тут же отпустил Бугра и, взглянув вслед его широченной спины, слабо ухмыльнулся. Он знал, куда тот направится. В столовую. Естественно, такую огромную тушу нужно было регулярно подкармливать. Батя подумал, если б не он, то Бугор давно бы сдох. Того еще на гражданке поперли из российской ассоциации бодибилдинга за употребление стероидов и Бугор, тогда еще Максим Золотников, чемпион России и абсолютный победитель в категории свыше ста килограмм, просто потерял спонсорство. Батя вновь ухмыльнулся, вспомнив историю своего телака. У него в голове промелькнули две мысли: в принципе, все качки, выходящие на подиум концертного зала «Россия», напичканы химией под завязку и этот допинг-контроль - чистой воды фуфло, но почему именно Бугра поймали на применении стероидов и вдруг решили слить, было непонятно. Может, он мешал какой-то новой звезде спорта, которую усиленно проталкивали одни очень влиятельные люди? Хотя, может, судейскому жюри надоело его не очень симпатичное личико, которым можно украшать рекламу фильмов ужасов, а не обложки журналов «Мускулы и здоровье» и «Айрон-мэн». Второй мыслью было то, что пора бы ввести в бодибилдинге еще одну категорию для таких, как Бугор - свыше ста пятидесяти килограмм. Но Бате от того, что Бугра поперли из ассоциации, плохо не стало - у него просто супертелохранитель! Мало того, что он выглядит, как человекообразное чудовище из комиксов, так плюс к этому он до этого служил в каких-то войсках, где готовили диверсантов и потому Бугор помимо своей внешности обладал не менее мощным оружием - техникой рукопашного боя и опытом во владении холодным и огнестрельным оружием.
Бугор был вообще-то немногословен - он практически ни с кем не общался. Да это было и неудивительно - все его время было расписано буквально по минутам. В перерывах между выполнением своих служебных обязанностей, а они были довольно-таки продолжительными, он обитал в столовой, где методично и стремительно уничтожал съестные припасы, потом шел спать, после чего направлялся в свой спортзал, где гремело железо, глухо бился боксерский мешок и недалеко от лагеря щелкал его пистолет. И все это сопровождалось присутствием свободных от смены надзирателей, где практически все были его фанатами. Батя скинул куртку, снял очки, кобуру, убрал свой ствол в сейф, который никогда не закрывался на ключ, и еще раз пробежался глазами по листкам, лежащим в его папке. Один из них он скомкал и выбросил в ведро - тот, чье досье он выкинул, уже порублен остро отточенным топором Дурика и остервенело поедается собаками. Он нисколько не соврал в своей речи, которую толкнул сегодня перед ягнятами. Сколько их уже сюда прибывало за те десять лет, которые он находится в этой зоне! Своей зоне. Золотой зоне. Сколько сделано за эти годы!
Он вдруг вспомнил, как все начиналось. А начиналось все с нескольких слов Тимура, его товарища, геолога по образованию. Он был в гостях у него, у Бати, тогда еще Георгия Зарянова, полковника старого Комитета. Комитет тогда жутко лихорадило и вскоре вместо него появилось новое и непонятное слово Федеральная Служба. И если Комитет распространял свои щупальца на великий и могучий Союз, то Служба курировала только Россию. Хотя, в принципе, все осталось по-прежнему. Щупальца никуда не делись. Они только, как у настоящего осьминога, замаскировались. Но это уже не относилось к Георгию. С расформированием Комитета его вежливо попросили из него. Что делать - он не раз засветился с валютными махинациями. Это все сходило ему с рук, пока в Комитете заправлял старый министр, который был не только в курсе махинаций полковника Зарянова, но и имел с них хороший процент. Но едва во главе Службы встал новый шеф, он, проинструктированный новым президентом, тут же начал чистку рядов. И, естественно, Георгий был выставлен в числе первых.
И вот он сидел на кухне в своей шикарной квартире и на пару со своим корешочком Тимуром глушил водку. Не смотря на то, что его поперли из Комитета, он успел обеспечить себя средствами на некоторое время и мог вволю оттягиваться не только водочкой, но и закусывать ее икоркой. Правда, эти средства стали стремительно таять, на что он посетовал Тимуру. А тот, опрокинув стаканчик и отправив вдогонку ему ложку красной зернистой вместе с неизменным листочком петрушки, сказал:
- У меня тоже тут одна тема появилась, но реализовать ее не
удается!
- Ну, поделись! Может вместе помозгуем и сможем ее претворить! - Георгий достал кубинскую синару и солидно раскурил, окутав свою голову ароматным сиреневым дымом. - Тема-то хоть прибыльная?
- Могла бы быть… - Горестно вздохнул Тимур, разглядывая
расходящиеся кругами клубы дыма от сигары - сам он не курил. -
Если бы не монополия государства, которое давит все благие
начинания в зародыше.
Георгий разлил еще беленькой по стаканчикам и с некоторой долей грусти подумал, что вот еще один шкалик обсох. Он ждал продолжения рассказа Тимура. Когда они еще только познакомились, случайно оказавшись в одной упряжке при интересе Георгия на одном прииске на Колыме, он сразу понял, что парень с головой. И сейчас, если у Тимура действительно родилась какая-то идея, то она имеет под собой добротную почву, на которой сможет вырасти достойный плод.
- Так вот, - Тимур взял в руки тару, - мне тут в архиве
попалась интересная бумажка - карта, еще дореволюционная… В
принципе, мало что от нее сохранилось, да и то, что сохранилось,
трудно было назвать картой. К тому же на ней кто-то ковырял своей
корявой лапой. Но это не суть. На ней были обозначены пробы
золота. Причем пробы не знаковые, весовые. Не знаю только почему
эта карта не попала в разработку - может революция грянула и
новому вождю стало не до этого, а может сказалось труднодоступное
местонахождение этих проб и исследования месторождения решено
было отложить на более поздний срок, а потом эта карта затерялась
в архиве…
Тимур приподнял стакан, Георгий тут же ответил таким же жестом и они опустошили их. Тимур опять же влупил солидную порцию зернистой с петрушкой и сказал:
- Вот, собственно, вкратце вся предыстория… Я вот что думаю - а нельзя ли как-то придумать так, чтобы это золото мы смогли бы добывать сами, но при этом не пришлось бы делиться с родным государством?
- И это тема? - Удивился Георгий. - Ты вроде как стеклышко, а лопочешь о вещах, годных только для Ваньки Сусанина. Хотя, честно, я слаб в геологии. Я привык рассуждать о вещах, которые можно пощупать.
- Без проблем! - Тимур вытер руки о салфетку и залез во
внутренний карман своей куртки. - У меня был отпуск и во время
него я нашел то место, обозначенное на карте и, естественно, тоже
решил пощупать руками…
Георгий развернул двойной тетрадный листок в клеточку. Он скрывал в своих внутренностях неровный кусок медно-желтого металла размером с маленькое куриное яйцо. Он взял его в руки и, забыв выдохнуть из легких дым от сигары, тут же поперхнулся и стал кашлять. Тимур заботливо подал ему стакан с соком. Георгий жестом остановил его и, утирая рукавом слезы с глаз, справившись с кашлем, спросил:
- Это оно?
- Оно.
- И долго искал?
- Даже десяти минут не прошло… Хотя за эти десять минут я нашел больше, но этот самый крупный. Тот, кто начеркал корявой лапой на той карте, даже не представлял, что открыл что-то более грандиозное, чем пресловутый Клондайк.
- А где остальное?
- А вот! - Тимур широко улыбнулся, зачерпывая большой ложкой из тарелки массу красных маслянистых круглешочков размером с шарики из небольшого подшипника.
- Так слушай, ты эту тему сам спокойно решишь! Бросай работу, ездий на этот свой прииск, копайся и сдавай металл! Если будешь вытаскивать такие яички, то не только зернистой баловаться будешь, но и «мерина» приобретешь!
- Проблематично все это, да и долгонько - обычным самолетом
металл не перевезешь. На колесах очень долго. Это так, пробный
шар, который стоил больше двух третей всего того, что я привез…
Я мыслю более масштабно - что если создать свой прииск, о котором
никто не будет знать и никто на него глаз не положит. Полное
инкогнито! Промышленная добыча, но только в наш карман! Я знаю,
ты же сможешь создать такую структуру.
- Все равно, даже если создать свой прииск, о котором не будет знать государство, надо будет платить работягам и всяким посредникам, да еще и много кому, особенно за то, чтобы никто не совал нос на эту территорию.
- Жорик! - Тимур хитро прищурился. - Ты подумай, сколько можно иметь бобов с этого дела! Твоя валюта по сравнению с этим - так, развлекалово для лохов. Там даже не тонны, а сотни тонн желтизны! Там в месяц можно давать план, с которым едва справляются все прииски страны!
- Тимур, ты что-то слабоват на водочку стал… Я вижу, что…
- Жора! Я с лотком родился! Я золото знаю, как извилины на своем самом большом пальце! Я месторождения сквозь землю вижу и ты это знаешь! Поверь мне - там золота море! Если б я имел такой организаторский талант и связи, как у тебя, разве я бы к тебе обратился!
- Ладно, Тимурыч, я подумаю! А сейчас давай-ка еще шкалик осилим, да в сауну подадимся - Дермидонтыч сегодня спецом для меня пару клевых мочалок заказал - с тобой-то я поделюсь, как с братом.
От воспоминаний Георгия, вернее, Батю, отвлек Бот. Он зашел в кабинет, все еще жующийся, и даже держащий в руке покусанную палку колбасы. Он пнул ногой дверь, громко рыгнул и сказал:
- Батя, ну, мы, типа погрузились! В этот раз металлу прилично - думаю, надо скоро вертушку брать поновее, да помощнее. Что-нибудь дополнительно к обычному заказу будет?
- Слушай, найди-ка мне мокрощелочку, а то я уже две недели,
как сосновый сухостой!
Бот перестал жевать, а потом воскликнул:
- Ты офанарел! Я тебе месяц назад привозил - ты ее что,
вместе с козлятами на промстанок отправил?
- Почти… Она, милая, не въехала, куда попала, рамцы
попутала, давай мне какие-то предъявы кидать! Плати и отпускай!
- Так отпустил бы!
- Ага, сэнкью! Меня бы тогда братва с говном сожрала!
- Им отдал, что ли?
- Ну, так что, надо пацанам тоже! А то уж у них при виде баб не встает! Лишь на мужскую жопу, и то когда раком!
Они захохотали, а потом Бот сказал:
- Ну, и тебе тогда телка незачем! Вон какого педофильчика сладкого привезли - можно пялить полгода!
- Говоришь много - премии лишу!
- Батя, ну, ты, в натуре, уже беспредельничаешь! Это ниже пояса!
- Ладно, хорош мне тут звездаболить - вали за заказом, скоро много козликов понадобится!
- Ладно, уговорил! - Бот критически посмотрел на основательно погрызенную колбасу и протянул Георгию. - Хошь доесть? Нет? Ну, тогда Дурику отдам, тот ее, как пеликан заглотит, целиком!
Бот вышел из кабинета, а Батя подумал: «Говорить много стал, родственничек! Ничего, ты еще успеешь удивиться, когда узнаешь, какой дембель тебя ждет!» Отнюдь, Георгий не считал себя мстительным или злопамятным человеком, но он свято соблюдал секретность своего прииска. А это создание стало чересчур много разглагольствовать - сигналы уже поступали.

Леха сел на свои нары, свое новое пристанище. Хотя это были не только его нары. На обширном лежаке, сколоченном из толстых досок, морщинистыми мумиями располагалось с десяток тряпичных мешков, набитых сухой травой. И таких лежаков по всему периметру огромного срубленного помещения без окон находилось более чем предостаточно. По углам в разных концах барака находились большие металлические печки, и еще в проходах между лежаками были натянуты веревки. Все, весь интерьер. А еще здесь воняло затхлым воздухом, разбавленным запахом гнили. Леха раньше думал, что одиночка, в которой он чалился до этого барака, была самым худшим местом на земле. Но, оказывается, бывают места еще хуже. Один из местных надзиратлей, который пригнал их сюда, сказал:
- До утра у вас сон, а завтра по полной!
Что означало «по полной», никто не понял, но и не собирался спрашивать. Все пришедшие молча оглядывали помещение, куда их привели, для Лехи оно особого впечатления не произвело. В глазах у него все еще стоял парень Серега с раздробленным черепом, и длинный ржавый багор, которым его тело уволок с плаца местный сумасшедший.
Дорогу осилит идущий

Членский билет №0083

Аватара пользователя
серж
Элита RUSGYM.RU
Элита RUSGYM.RU
Сообщения: 2727
Зарегистрирован: 14 окт 2009, 08:28
Как долго занимаюсь спортом: 20 лет
Откуда: колымская тайга

Re: Леший 2

Сообщение серж » 12 апр 2010, 19:34

Первым спать расположился Рахмат. Он предчувствовал, что завтра будет тяжелый день, возможно даже, самый тяжелый день в его жизни и надо быть к нему готовым. Завтра Аллах будет испытывать его на прочность. Он даже решил сегодня не упражнять свои руки, тем более что упражнять их здесь было нечем - не было видно ни одной металлической детали. Он, не смущаясь своих спутников, встал на пол на колени, совершил намаз, после чего прошептал «аллах акбар!» и лег на тощий смятый мешок с травой.
- Ладно, в натуре, надо спать лечь! - Глядя на него, громко
сказал Аристарх. - Я только не въехал - нас кормить не будут?
Его вопрос был оставлен без ответа. Лишь его напарник сказал ему:
- А ты сходи к Дурику, он тебе кусок мяса отрежет!
- Да иди ты в жопу! Какая-то здесь ни хера не зона, а лагерь отмороженный… Э, петушара, вали-ка отсюда подальше! - Крикнул он мужику, обвиненному по педофилии, который хотел устроиться рядом с ним. - Твое место под нарами, усек? Еще раз рядом появишься - лом в очко заколочу!
- Я не делал этого… - Негромко, но внятно, сказал мужик.
- Чего-о?! Да мне накласть, чего ты там делал, ты драл кого-то или тебя драли, уши лохам грузить будешь!
Мужик пошел искать другое место. Леха посмотрел на эту парочку с омерзением. Черт побери, ну откуда они могут знать, что этот мужик действительно совершал то, за что его осудили. То, что у него такая внешность, еще ни о чем не говорит. Он сам не верил в то, что совершил преступление, за которое осудили его самого. Да, был жутко пьян, да пришел на хату к своим знакомым, но никогда он не желал даже в мыслях своему товарищу того, что сделали с ним и с его женой.
В чем он действительно виноват, так это в том, что не имел тормозов, когда падал на стакан. Пил он не так часто, но зато если пил, то до победного конца. Обычно после пьянки он ничего не помнил. Но самое страшное, что он совершал, когда попадал в такие крутые пьянки, так это то, что хватал за задницу какую-нибудь смазливенькую девчонку, за что иногда получал по роже. Но по причине полнейшей мозговой прострации ничего не помнил и на утро удивлялся, откуда на его лице возникали натюрморты в стиле Пикассо.
Однако все эти приключение и похождения были лишь до тех пор, пока он не женился и особенно после того, как у него родилась дочь. С этого момента он начал пить либо дома, либо, если где-то зависал со своими друзбями, контролировал количество выпитого. Это нарушилось только в тот злополучный вечер, после которого его жизнь круто изменилась.
Его мысли были прерваны шумом. Он с удивлением обнаружил, что, оказывается, пока вспоминал прошлое, то лег на жесткую подстилку на нарах. Он резко сел и стал смотреть в сторону шума. В огромное неуютное помещение нестройной и медленной волной вкатывалось нечто, какая-то масса. И эту массу было трудно ассоциировать со словом «люди». Это были какие-то тени в одинаковых засаленных робах неопределенного цвета. Сгорбленные и ссутуленные зомби с одинаковым смертельно усталым и животным выражением глаз на серых, заросших косматой растительностью лицах. Они один за другим расползались по своим местам, медленно сбрасывали с себя робу, обнажая застиранное нижнее белье, развешивали плотные толстые портянки на перекладины нар. Ложились на слежавшиеся соломенные мешки и ту же засыпали. Все это происходило без единого слова, без единой эмоции.
Леха, ощущая, как по телу бегут мурашки от этого жуткого сюрреалистического зрелища, поджал под себя ноги, когда по обеим сторонам от него устроились на ночлег два таких же костлявых безмолвных существа, источая затхлый дух, отдающий гниением. И казалось, что вместе с приходом всей этой замученной массы с ними в барак шагнула и также пристроилась на ночь верная спутница Смерть, чтобы с утра кого-нибудь забрать в свое царство.
Ощутив на себе чей-то взгляд, Леха повернул голову и увидел, как на соседних нарах внимательно глядит на него бородатый старик с синими мешками под глазами. Встретившись с ним глазами, он вдруг подумал, что его лицо, заросшее густой бородой, кажется ему знакомым. Но он совершенно не мог вспомнить, где его мог видеть. Старик вскоре перестал глядеть на него и тоже лег, после чего тут же провалился в сон.
Через несколько минут вся пришедшая масса спала. Все находились в таком положении, в котором и легли. И лишь редкими островками в них беспокойно ворочались новоприбывшие, кто с ужасом, а кто с отвращением глядя вокруг себя. Даже старый опытный урка Захар Майдуллин, или, как было его погоняло на прежней зоне, Майдул, повидавший многое из того, что обычного обывателя могло довести до инфаркта, и то ощущал неприятное чувство, леденящее сердце. Лишь один Рахмат безмятежно спал младенческим крепким сном, закинув руки за голову. Ему снилось, что он играет. Он ставит свои руки на шею сопернику, тому могучем одноглазому воину, которого он сегодня видел, а соперник смыкает свои на его шее, а после этого начинается игра. Четыре руки начинают сжиматься. И даже во сне Рахмат начинает широко улыбаться, потому что, как всегда, победителем оказывается он.
- Подъем! Встать, твари безмозглые! Бегом на работу!!!
Вопль ворвался в мозг, разрывая оковы беспокойного сна. Леха
подскочил на нарах и ему тут же что-то ударило в лицо. Перед ним стоял абсолютно лысый надзиратель, помахивая тонфой, зажатой в руке:
- Одевай свою новую одежду и поживее! Через пару минут начну
херачить.
Его холодный немигающий взгляд ничуть не вызывал сомнений в обещанном, и Леха стал быстро разбирать брошенную ему одежду. Да, эта была та же самая роба, что и у остальных. А эта самая остальная безликая масса все так же молча, но быстро и сосредоточенно, одевалась. Изредка слышались глухие удары твердого пластика о тела и недовольные возгласы надзирателей. Краем глаза Леха отметил, что и другим новоприбывшим тоже выдали такую же робу. Теперь они ничем не отличались от общего стада. Единственное, что отличало их, так это отсутствие бурной растительности на лицах, за исключением пока что небольшой недельной щетины.
- Две минуты вышло! - Радостно сообщил лысый и вслед за этим
последовал удар, вызвавший перед глазами ярчайшую вспышку и
поваливший Леху наземь.
Он встряхнул головой и поднялся. На темени пульсировало. Он глянул в глаза надзирателю. Тот улыбнулся ему:
- Поживее, козлик, нас ждут великие дела! - И короткий
профессиональный удар пластиковой палки в печень согнул его
пополам.
Превозмогая боль, он быстро наматывал портянки. Какая-то маленькая и глубоко запрятанная часть мозга радостно сообщила: «Видишь, не зря в армии служил - хоть портянки научился мотать!»
Вскоре вся масса двуногих существ стояла на плацу. На том самом, где вчера разлетелся осколками череп одного из зэков. И все так же висело на хорошо отточенном шесте разлагающееся тело. Сегодня оно уже не вызывало практически никаких эмоций. НУ, ВОТ, НАЧИНАЮ ПРИВЫКАТЬ К НОВОЙ ЖИЗНИ…
Леха осмотрелся. Окружающие его люди пустым взором глядели себе под ноги и в их глазах читалась обреченность. Они стояли стадом готовых к труду волов, а вокруг их окружали чабаны, вооруженные короткоствольными автоматами с глушителями. Огромные черные овчарки рвались с коротких поводков, норовя укусить кого-нибудь за ногу. ЧЕГО МЫ ЖДЕМ?
Утро нового дня было таким же серым, как и вчерашний день. Единственное, что отличало его, так это отсутствие дождя. Наконец перед ними появился уже знакомый по вчерашнему дню Лом, который громко объявил сонным голосом:
- Короче, Батя не выйдет! Все по плану… Духи - на новый промстанок, к ним еще пару промывальщиков из козликов для обучения, охранниками - Лысый и Рыжий.
- Э, Лом, так нечестно! - крикнул низкорослый, но весьма широкоплечий надзиратель с огромным псом на поводке. - Мне говорили, что я пойду!
- Да мне по барабану, кто пойдет, договаривайся с этими рыжелысыми мальчишками сам.
Все надзиратели заржали. Псы, почувствовав другое настроение хозяев, дружно увеличили громкость своих глоток.
- Завтра пойдешь с ними, так и быть! - Крикнул Лысый.
- Ладно, хорош базлать, пора за работу! - Так же громко
объявил Лом. - Время идет.
Вновь стало шумно. Зэки понуро, но быстро стали разделяться на несколько групп и, направляемые ударами палок надзирателей, изрыгающих маты, направляться с плаца. Осталось лишь двое из всей этой толпы зомби. Как дрессированные собачки, они встали рядом друг с другом. Стоящий невдалеке от Майдула Лысый вскинул в воздух свою палку и со всей силы ударил по спине зэку:
- А ты какого хера ждешь?! Бегом к остальным!
Майдул, встав с земли, быстро направился к двум дружно стоящим зэкам. Остальные, не желая получать такой же удар по спине, последовали его примеру. Вновь удар и вскрик. Рыжий взревел, глядя на лежащего на земле Аристарха:
- Бегом, я сказал! Вы что-то медленно двигатетесь. Ничего,
сегодня мы вас научим правильно работать!
Пес Лысого все-таки смог подобраться близко к одному из людей и с удовольствием вонзил свои клыки в свежее, еще никем из его собратьев некусаное мясо.
Острая боль пронзила Рахмата до самого мозга. Лысый улыбнулся и подтянул собаку к себе. Она едва не укусила человека еще раз. Рахмат посмотрел в глаза пса и едва не поступил опрометчиво - у него вдруг возникло острое желание броситься на собаку и сыграть с ней в свою игру. Но тогда его могут убить или избить, а собака тут ни при чем. Он вдруг понял, почему собака укусила именно его. Это Аллах напомнил ему, что он уже почти двое суток не тренировал свои руки. Рахмат мысленно вознес ему молитву и решил, что пора начинать тренировки. Тот могучий одноглазый воин, которого он видел вчера, был очень силен и, чтобы быть готовым сыграть с ним, надо было срочно начинать тренировки.
За ограждением из колючей проволоки стояло несколько гусеничных тракторов с прицепленными к ним большими металлическими корытами. И в эти корыта быстро садились зэки, а на специальные возвышения в задней части этих нехитрых средств передвижения устраивались надзиратели. После того, как прицепы были наполнены, трактористы направляли свои машины к месту работ.
Гриша проводил взглядом новоприбывших, которые сели в последний оставшийся пустой прицеп и подумал, что, может быть, надо взять себе помощника для своего дела. Те, которые были здесь, абсолютно не подходили для его планов - они были слишком ослаблены и забиты. Они действительно превратились в животных, с абсолютно атрофированным мыслительным процессом. Лишь одни инстинкты - поесть, поспать и желание избежать лишнего удара от надзирателя. А эти были свежими и у них точно в ближайшее время будут появляться мысли о побеге. Но как определить, кто подойдет ему? Он не должен ошибиться в своем выборе, потому что шанс будет дан ему один раз.
В кабине трактора было шумно и особенно тесно. Но ничего поделать было нельзя - здесь было место тракториста и геолога. А так как Степан должен был передать дела Игорю, то теперь в кабине машины их было трое. Игорь сидел на какой-то тряпке, постеленной прямо на пол. Всю кабину трясло и его кидало в разные стороны. Пришлось вцепиться в железки, торчащие из боковой стенки кабины. Он еще раз привстал и поглядел на прицепленную за трактором железную волокушу. Утреннее зрелище, которое он видел на плацу, произвело на него сильное впечатление и он не мог совладать с неприятным чувством страха и безысходности, гложущим его душу.
Утром, шагая вслед за Степаном к трактору, он видел, что происходит на плацу, и вскоре очень близко увидел лица зэков. Это уже были не люди. Это были животные, это были рабы. Да, точно, самые натуральные рабы! В нынешнее время, во времена двадцать первого века, здесь, в глубине тайги существовало государство, о котором не знал остальной мир, в котором процветал рабовладельческий строй. И сейчас этих рабов везли на работу. «Господи, но неужели никто не знает о таком месте?!» Вскоре трактор остановился.
- К рабочему месту, бегом! - Скомандовал Лысый и сам выпрыгнул из прицепа.
Он тут же извлек свою тонфу и нанес удар ближайшему духу. Однако тут же скривился от неудовольствия - эти новенькие были еще очень шустрыми и удар не попал в цель. Заветная спина ускользнула из-под удара. «Ничего, впереди целый день, они сегодня все пройдут капитальную обработку!» - радостно подумал он. Рыжий все же прицепился к одному из зэков - губастому педофилу и следуя за ним, наносил по его спине короткие, но чувствительные удары, а его пес, помогая хозяину, рвал его бедро.
- Построиться в одну шеренгу! - Наконец скомандовал Рыжий.
Он был старшим надзирателем, то есть и бригадиром одновременно. Он мысленно отметил, что духи уже научились выполнять то, что от них требуется. Они стояли в одну линию и испуганно глядели на него.
- Вот ваше место работы! Это промприбор, это для вас алтарь и на нем вы будете молиться все три года! Объясняю нашу схему работы - один стоит на приборе и крутит барабан, один его заменяет, один кайлит породу, четверо носят ее в ведрах, двое промывают мелкую фракцию лотками. Но так как сегодня на приборе у нас народу маловато, будем действовать по следующей схеме. Ты, - он указал палкой на губастого, который все еще морщился от жгучей боли, полосующей его спину, - как самый здоровый, встанешь на барабан и будешь крутить его без замены весь день, въехал?
- Д-да. - поспешно согласился тот.
Рыжий тут же ударил его палкой в лицо и заорал вслед за этим:
- Встать!
Парень вновь вскочил. Из его носа капала кровь.
- Вас вчера что, плохо учили? Ты должен отвечать как? -
Рыжий повернул голову боком и театрально приложил руку к своему
уху.
- Д-да, Г-господин!
- О, вот это уже дело. Только ты что-то заикаешься, тебе
надо поработать над речью! Далее! - Рыжий пошел вдоль строя,
разглядыаая зэков. Он остановился напротив Наиля. - ты, наверное,
пойдешь промывать. А то у тебя полон рот металлических зубов.
Пора поменять их на золотые. Как ты считаешь? А?
Он повторил свой жест с ухом, после чего нанес короткий и сильный крюк с правой. Наиль свалился.
- Встать! - Вскрикнул Рыжий.
Наиль встал и по его глазам было видно, что он почти в нокауте. Рыжий широко улыбнулся и мысленно похвалил себя: «Ты смотри-ка, занятия боксом просто так не уходят в никуда!»
Он пошел дальше и остановился напортив Лехи.
- Ты что-то худоват, парниша! Тебе следует подкачаться. Сегодня потаскаешь ведра. Въехал?
- Да, господин!
Рыжий нанес удар снизу в челюсть. Перед глазами вспыхнуло, затрещали зубы. Леху подбросило вверх, а потом он рухнул на землю. Сквозь пелену в сознании он услышал ворчливый голос Рыжего:
- Громче отвечать надо!
Леха еще не успел прийти в себя, но уже стоял в строю. Он не хотел получать еще один удар, после которого явно может окочуриться. Рыжий остановился напротив Рахмата:
- Слышь, зема, твой отец пьян был, когла тебя делал?
- Мой отец - Аллах. Он имеет много лиц. - Негромко, но с достоинством ответил Рахмат.
- Ха, гляди-ка, чурбан, а понтов, как у фраера! - И Рыжий ударил его коленом между ног. Рахмат рухнул на землю как подкошенный. Он превратился в сплошной комок боли и лишь мысленно взмолился: «О, Аллах, я с благодарностью принимаю испытания, которые ты мне даешь! Но как мне больно… Прошу тебя, не надо причинять столько боли!»
- Встать, скотина! - Рыжий пнул его по ребрам.
Рахмат, скрипя зубами, поднялся и посмотрел в глаза своему мучителю. Нет, он не боялся его и вновь был готов принять такой же удар. Но Рыжий уже был удовлетворен, глядя на покрасневшие глаза сутулого узбека, из которых катились слезы.
- Это, орангутанг ты наш, не салаг по углам душить! - Рыжий похлопал его по плечу. - Пойдешь с этим козликом, - он указал рукой на Леху, - ведра потаскаешь, а то твоя осанка оставляет желать лучшего.
- Ты, мудень, будешь учиться на промывальщика! - сказал Рыжий Аристарху и наградил его прямым в переносицу, после чего сморщился и потер кулак:
- Ах, сука, крепкий же у тебя нос… Шары у тебя тоже каменные?
Аристарх побледнел, с ужасом думая, что ему сейчас туда пнут, и пробормотал:
- Нет, господин, они очень слабые… Не надо… - тише добавил
он.
Но Рыжий уже пригвоздил свою голень в его пах. Аристарх закричал и рухнул на землю. Свернувшись клубком, он стал крутиться по земле и дико вопить.
- Надо же, в натуре, они ничуть не каменные. - Растерянно проговорил Рыжий.
- Э, зема, аккуратнее! - Крикнул ему со своего места Лысый. - Ты угробишь их раньше времени!
- Не гунди, все под контролем.
Рыжий дошел до Пономаря и без слов с разворота припечатал свой локоть в его лицо:
- Ты тоже сегодня ведерки потаскаешь!
Игорь стоял возле тракотра и с ужасом наблюдал за беспричинным избиением зэков и еще раз убедился, что здесь действительно процветает самый натуральный рабовладельческий строй в самом худшем его виде. Наверное, из всех новоприбывших выживет не больше половины. Парень с боксерской внешностью все еще лежал на земле, свернувшись клубочком и продолжал кричать. Игорь подумал, что, наверное, ему там кое-что разбили.
- Хорош вопить! - Рыжий пнул по ребрам Аристарха. - Пора
начинать работу. Ты что, оглох, твою мать?!
Но парень лежал на земле и орал. Когда-то ему несколько лет назад в драке нанесли такой же удар, после чего он лежал в больнице с разбитой оболочкой на яичке, и еще тогда врач предупредил его: «Больше старайся не попадать в такие ситуации - тебя прооперировали, но еще одного такого удара ты можешь не пережить…» Его слова через несколько лет оказались пророческими. Между его ног царица боль разрывала внутренности на части и он ничего не слышал и не видел. Он не слышал криков Рыжего и не видел, как тот снял с плеча свой короткоствольный автомат.
- Ты, мудень вопящий! - Заорал ему Рыжий. - Последний раз
повторяю - встать!
Пономарь понял, что через несколько мгновений его кореша могут пришить и, отбросив свой страх, бросился к нему и стал поднимать, нашептывая в ухо:
- Ристя, очнись, встань!
Но Аристарх закричал с новой силой. Лысый махнул рукой и сказал Рыжему:
- Короче, ты ему яйца разбил. Теперь он точно не работник!
Это был приговор. Пономарь с ужасом увидел, как Рыжий поднял
свой автомат и нажал спусковой крючок. Послышалось несколько щелчков, идущих очередью и тело Аристарха отбросило назад, в полете вырывая из его тела куски плоти.
Леха ощутил, как под ногами опять начинается шататься земля и все вокруг становится ярким. Он понял, что еще чуть-чуть и потеряет созание. Он пошатнулся, но тут же чья-то рука подхватила его и кто-то зашептал ему в ухо:
- Не падай, вознеси молитву Аллаху и он даст тебе сил!
Нельзя падать, иначе эти слуги Сатаны заберут тебя в ад…
Леха вздрогнул от этих непонятных слов и повернулся на голос. Рядом стоял и держал его за руку сутулый узбек с длинными руками. И если бы не его твердая рука, придерживающая Леху, то он подумал бы, что этот шепот ему приснился, потому что этот мужик не смотрел на него. Его губы вновь изрекли:
- Вознесись молитвой к Богу своему и он даст тебе сил. Рано
еще уходить из этого мира. Ты еще не закончил свою игру.
После этого он отпустил его локоть. Он добился того, чего Леха не мог сделать с собой - он привел его в сознание. Он вновь посмотрел на тело, которое превратилось в решето. Нет, этот кошмар ему не приснился. Аристарха действительно расстреляли, А Рыжий нацелился в Пономаря:
- Ну, что, козлик, хочешь быть всегда со своим корешочком?
Пономарь побледнел и покачал головой.
- Да что ж это такое?! - Послышался голос от трактора. - Вы
что творите, сволочи?!
К Рыжему шаг сделал шаг новоприбывший геолог.
Степан не успел остановить его и сейчас стоял на своем месте и ожидал, что разрытая на днях яма, в которой должна начаться добыча золота, сейчас превратится в братскую могилу, как было уже однажды. Тогда новоприбывшие зэки попытались поднять бунт и перебить надзирателей. У них бы это получилось, но собаки, эти черные демоны, не дали им даже начать свое дело. Они были хорошо обучены и через несколько секунд у всех шести человек были перегрызены сухожилия на ногах, после чего они стали просто рвать на части беспомощные тела, а надзиратели стояли и хохотали, глядя на людей, пытающихся защититься от неминуемой смерти покалеченными руками. После того как собаки превратили их в еще подергивающиеся и кровоточащие куски мяса, надзиратели добили их из своего оружия.
Сейчас история могла повториться, тем более он знал, что Рыжий и Лысый отличались самым непредсказуемым поведением из всех надзирателей, обитающих в этом лагере.
Игорь не успел дойти до Рыжего. Собака, спущенная с поводка Лысого, бросилась на него, повалила на землю и стала рвать на части. Игорь стал кричать и пытаться отбиться от чудовища, превратившегося в живую пилораму. Лысый немного постоял, посмотрел на эту возню, а затем подозвал пса к себе. Тот с явной неохотой оторвался от своего занятия и вернулся на место. Лысый ласково потрепал его по шее и проговорил:
- Молодец, хорошая девочка! - После чего подошел к лежащему
на земле парню, прижимающему к груди окровавленные руки и
передернул затвор.
Степан закрыл глаза, чтобы не видеть, как голова Игоря разлетится на куски. Послышались характерные щелчки. Лысый вновь повесил автомат на плечо и сказал:
- В следующий раз, зема, я разрешу собачке поужинать тобой,
усек? Ты здесь такой же козлик, как и все остальные, только
свободы у тебя чуть больше. Но прав у тебя нет никаких. Ты меня
понял?!
Игорь прошептал:
- Понял…
- Все, начинаем работать!
Два бородатых зэка тут же принялись за работу - они подбежали к небольшому железному ящику, стоящему под ближайшей лиственницей, и достали оттуда совковую лопату, кирку, пару лотков.
- Чего стоите, козлики?! - Крикнул сзади Лысый. - Инструмент
вам выдали - вперед, работать!
Надзиратели были очень увлечены воспитанием новенького рабочего материала и не видели, как примерно в двухстах метрах за ними из зарослей карликовой березы, растущей по ту сторону ручья, наблюдают. Это был человек. Женщина. Единственная женщина на весь лагерь. Ее звали Рита. И она сбежала из этого пристанища боли и страха. Еще утром, едва сегодняшняя смена надзирателей стала выгонять людей из барака.
Дорогу осилит идущий

Членский билет №0083

Аватара пользователя
серж
Элита RUSGYM.RU
Элита RUSGYM.RU
Сообщения: 2727
Зарегистрирован: 14 окт 2009, 08:28
Как долго занимаюсь спортом: 20 лет
Откуда: колымская тайга

Re: Леший 2

Сообщение серж » 12 апр 2010, 19:35

Сбежать она надумала еще два месяца назад, едва ее посадили в вертолет с наглухо замурованными иллюминаторами. Буквально за пару дней до этого она работала проституткой в одном небольшом агентстве. Той ночью она обработала одного дядю, который впоследствии оказался надзирателем на том вертолете по имени Бот. А может, это было его кличка, она так и не узнала. Он себя иначе и не представил. После того, как она сделала ему минет, он с удовлетворенным мычанием откинулся на спинку сиденья своей тачки и, едва она хотела уходить, как он сказал ей:
- Погоди, не уходи.
- Что, еще хочешь? Я могу тебе доставить еще много удовольствия! Деньги тебе позволяют, это я уже поняла.
- Да мне на сейчас пока хватит. - Бот чуть оторвал свою задницу от сиденья и натянул штаны. - А вот у меня есть много знакомых, по вполне объективным причинам лишенные на данный момент женской ласки, но зато бабок у них можно срубить по твоей тройной таксе, если не больше. Правда, для этого надо вылететь в лесную глубинку.
- Не знаю, надо подумать… - Рита закурила, глядя в глаза своему клиенту, с которым встречалась уже не первый раз.
Ей до смерти надоели регулярные и все учащающиеся в последнее время субботники у крыши, курирующей их агентство. Хотя, если разобраться, было бы не так все страшно, если бы все это оплачивалось. А то мало того, что для братвы все удовольствия были на халяву, так они еще после всего начинали веселиться, забавляясь с пивными банками или еще боле нелицеприятными вещами. Да и надоело ей здесь. Единственное малоприятное обстоятельство - ехать неизвестно куда. Она на этом тоже обжигалась пару раз. Но ведь этот мужик с ней расплатился без проблем, даже сверх нормы дал. К тому же она знает его уже не один месяц и тот ни разу не сделал ни одной гадости. Сам по себе он был, конечно, не очень приятным типом, но вел себя приемлемо. Что, если действительно там толпа каких-нибудь голодных лесорубов, у которых бабки есть, а баб нет? Ведь можно за месяцок напряженной работы срубить хорошую капусту!
- Ладно, я тебя не тороплю, - Бот полез в карман и протянул
ей свою визитку, - если решишься, вот телефончик, звякни. Но учти
- через пару дней я уже другую найду, да и к тому же в городе
буду дня четыре, потом улетаю к себе. Ладно, пока, я поехал.
Рита проводила взглядом машину, а потом решилась. «Пожалуй, я соглашусь. Работой меня не напугать, а там посмотрим. Глядишь, потом и вовсе переключусь на такую халтурку.» На следующее утро она позвонила.
- Молодец, - сказал в трубку сонный голос Бота, после чего он
объяснил, как и где встретиться.
Первый шок она испытала, когда он ее провел к вертолету, находящемуся на посадочной площадке где-то в лесной глубинке. Он открыл перед ней дверь и впустил в салон. Сперва ей показалось, что она попала в какую-то комнату ужасов, где в замурованном помещении висели, распятые на цепях и прикованные к потолку, люди. Рита замерла, не в силах двигаться дальше. Но Бот подтолкнул ее вперед, к началу салона, где имелось несколько пассажирских сидений.
- А может, я как-нибудь в следующий раз.., - начала Рита, но
второй, чем-то похожий на Бота, надзиратель, сказал ей:
- Да не ссы, они тебя не тронут, вишь - не в состоянии!
Проходи, пока я тебя хочу.
Бот дотолкал ее к началу салона и плюхнулся в кресло. Второй по-деловому быстро и без слов стал снимать штаны.
- Я не хочу сейчас. - Сказала Рита.
- Да кого волнует, что ты хочешь! - Сказал второй. - На базу приедешь - там сутками раком стоять будешь! Все, хорош болтать, за работу!
«Господи, нет, это не может происходить со мной, это мне все
снится…» Но это ей не снилось и весь путь, пока они летели, ей
пришлось удовлетворять обоих надзирателей. Но когда они прилетели на базу, ее к себе забрал Батя, как все называли местного начальника и она стала работать у него. Времени свободного у того было полно, да и желания хоть отбавляй. Она заикнулась как-то раз про деньги и тот ей сказал:
- Получишь свои бабки, на всю жизнь обеспечена будешь! Но
работай на совесть.
И она работала. Ей едва хватало времени, чтобы поесть, поспать и время от времени приводить себя в порядок. Потому что вскоре Батя представил ее еще двум человечкам, которые были, видимо, его ближайшими помощниками и тоже были не прочь поиметь живую бабу, а не только свои мозолистые кулаки.
Однако прошел месяц, потом другой, а она не видела ни денег, ни даже обещаний скорого освобождения. Да-да, именно освобождения от этого плена, слитого в один день, в котором было лишь сплошное изнасилование. Как-то раз она набралась наглости и, когда Батя вызвал ее в свой кабинет для очередного соития, сказала ему:
- Все, я больше ничего делать не буду! Я хочу улететь отсюда и хочу выплаты обещанных мне денег! Мне кажется, я отработала больше, чем по полной программе!
- Ты чего, шалава, рамцы попутала?! Иди сюда и делай то, для чего тебя сюда доставили!
- Нет, я ничего делать не буду! - Твердо заявила она.
- Тебе что, глупая, жить надоело? Вперед, я сказал, а то
щас… - И он полез за пазуху, где у него был ствол.
- А то что, завалишь? И потом мертвую отдрючишь?! -
усмехнулась она.
Батя посмотрел на нее, понимая, видимо, что после того, как она насмотрелась на то, как здесь казнят, смертью ее уже не напугаешь. Он усмехнулся и сказал:
- Нет, пожалуй, убивать тебя и тем более трахать я не собираюсь. Я поступлю проще. Он подошел к своему столу и набрал какой-то номер на телефоне. А когда там ответили, сказал в трубу:
- Кто? Сыч? Давай кого-нибудь из братвы сюда, я вам решил
трахальный станок подарить!
Он положил трубку и сказал Рите:
- Так что, подруга, готовься. Теперь у тебя даже времени
поспать и пожрать не будет. Все твое питание будет состоять из
чистейшего белка!
Дальнейшая ее жизнь превратилась в кошмар. Она на себе прочувствовала, что значит оказаться среди полсотни здоровых, сытых мужиков, которые месяцами не видели бабу. Никто даже и не слушал ее жалоб, никто не смотрел на ее слезы. Она действительно превратилась в станок для удовлетворения, причем работающий без остановки. И через пару недель она решилась на побег. Ей было без разницы, куда бежать. Смерть ей казалась самым легким вариантом дальнейшей судьбы. Даже если ей удастся сбежать и просто умереть в лесу от голода. Она уже поняла, что отсюда дороги нет, живой ее не отпустят, так что надо просто делать ноги.
Но зато если удастся сбежать и выйти к человеческому жилью, то все еще может измениться. Единственное время суток, когда она была предоставлена сама себе, было утро, потому что надзиратели были заняты делами - кто-то был на дежурстве, а кто был со смены, тот еще спал и будет спать до обеда. Поэтому с утра до обеда за ней никто толком не следил.
И вот сейчас она сидела в кустах карликовой березы и наблюдала за тем, как на ее глазах просто так расстреляли человека. Она еще раз сказала сама себе, что поступила правильно, решившись на побег - ее отсюда точно никуда не отпустят, кроме как на тот свет. Но если уж и уходить туда, то уж таким способом, каким захочет она, а не таким, каким решают здесь местные изуверы.
Рита бросила последний взгляд на это ненавистное место. Она предварительно подготовилась к побегу - у ней за плечами находился вещмешок с шоколадом и вяленым мясом, чтобы она имела возможность проделать как можно более длинный путь.

Этот день превратился в ад. На небе было пасмурно, иногда из низко нависших бесформенных облаков сочилась мелкая морось и было прохладно. Но всем было жарко. Всем, кто крутился возле промприбора. Даже надзирателям. Они проводили негласную обработку новоприбывших. Каждый еще до завтрака получал не по одному хорошему удару по спине, по ребрам, по голове, по рукам и ногам. А для этого нужны были силы и энергия. Так что им было не менее жарко, чем зэкам. Завтрак готовил тракторист и геолог. В данном случае, оба геолога - и Игорь, у которого все еще болели собачьи покусы. Но глядя на то, как надзиратели обрабатывают рабов, ему его раны казались легкими царапинами. Завтрак представлял собой гречневую кашу с мясом. И эту пищу первыми поели надзиратели, выловив, естественно, все мясо. Потом поели работяги, а уж после этого надзиратели позвали зэков. Те накинулись на еду, как свора голодных собак, и Рыжий с Лысым с хохотом стали подбадривать их и делать ставки, кто из них больше всех съест. К неудовольствию Рыжего, Лысый опять выиграл. Несмотря на то, что тот был в должности ниже и зарплаты получал поменьше, тем не менее денег имел больше, потому что всегда ставил Рыжего на пари, которые практически никогда не проигрывал. На победы в своих спорах у него было просто чутье.
А потом началась работа вновь. Леха, шатаясь, носил ведра с землей, выкапываемой из террасы, промытой ручьем. Эта земля высыпалась в барабан на промприборе. Промприбор, или, как его еще здесь называли - промстанок, представлял собой железное корыто с приваренной на нем поперек осью, на которой крепился металлический барабан со множеством отверстий с крупную горошину. Этот барабан на треть погружался в воду. Когда в него засыпалась порода, его начинали крутить за ручку, похожую на механический ключ зажигания для автомобиля, и находящаяся в нем порода промывалась водой. Более мелкая фракция, в которой, в основном, и находилось золото, выносилась через отверстия на резиновые коврики, лежащие на специальном укреплении сразу за барабаном. А потом эта мелкая фракция смывалась в лотки промывальщиками, после чего она окончательно доводилась до того состояния, когда в ней оставались только самые тяжелые частицы, то есть золото. Эти частицы смывались в металлические чаши, ставившиеся на костер, и сушились, а потом с помощью человеческих легких из них выдувался не имеющий никакой ценности песок, и на проржавленном днище железного тазика оставались лежать только медно-желтые горошины различной величины.
Вся система добычи была уже отработана. На рабочем месте, возле промприбора, каждый имел свои обязанности. Зэки делали всю самую тяжелую работу. Тракторист стоял у костра и довершал самую последнюю стадию, когда остатки фракции сушились, после чего он выдувал или выметал специальной мягкой кисточкой пыль и песок, оставляя лишь драгоценный металл. Геолог, кроме того, что контролировал технологию добычи, стоял возле барабана и периодически нажатием рычага открывал в барабане окошко, из которого ссыпались самые крупные камни, которые не проходили сквозь отверстия, после чего следил за тем, чтобы на выходе вместе с камнями в отвал не выносились такие же крупные самородки, которые попадались не так уж редко. Место здесь действительно было богатое.
Готовили они еду вместе с трактористом. В самом выгодном положении и, к тому же полновластными хозяевами на рабочем месте, были надзиратели. Они практически ничего не делали, кроме избиения зэков да поедания пищи. Металл складировался в кассеты - небольшие стальные ящички, после чего вечером, после окончания работ, свозился в лагерь и складировался в спецпомещении, в головном здании, напротив кабинета Бати. На следующее утро он взвешивался и все данные заносились в компьютер.
На обед Игорь со Степаном приготовили тоже кашу, но только на этот раз рисовую, но традиционно с тушенкой. Пока они готовили еду, надзиратели размялись припасенной ветчиной, которую они получали дополнительно на продскладе за свои личные деньги. Это они могли себе позволить - зарплата была соответствующей.
- Так, для лучшего аппетита, - сказал Рыжий и рукой указал на Леху и Пономаря, - сперва уберите куда-нибудь жмурика подальше и закопайте, а то уже вонять начинает.
Леха, бросив короткий, но полный ненависти взгляд на двух жрущих ветчину типов с лоснящимися от жира щеками, взял лопату и шатающейся походкой направился к неподвижно лежащему невдалеке от места работ Аристарху. Его тело уже окружила туча мух и мушек. Действительно, оно начало раздуваться и от него стал исходить неприятный запах. Сзади такой же шатающейся и медленной походкой к нему подошел Пономарь.
- Куда понесем? - Спросил Леха.
Пономарь оглянулся назад, где надзиратели, вытянув руки с зажатыми в пальцах кусками колбасы вверх, заставляли своих собак вставать на задние лапы, и сказал:
- Понесли подальше в лес…
После тяжелого дневного труда человеческое тело показалось им бетонной плитой, и они несли его, периодически роняя и спотыкаясь. Они уже отнесли его на приличное расстояние от места работ и Леха разжал руки. Ноги трупа, обутые в старые растоптанные сапоги, с глухим стуком соприкоснулись с землей. Он обессилено сел на землю и сказал:
- Все, хорош, закопаем здесь. Пономарь оглянулся назад и сказал:
- Давай еще подальше!

- Ты с ума сошел! Куда дальше?! У меня все, сил больше нет! - Леха поморщился, потому что ему сильно кольнуло отбитые ребра. Пономарь был гораздо крупнее и крепче, и потому боль от многочисленных побоев он практически не ощущал.
- Ну, ты со мной или как? - Спросил он.
- В смысле? - Леха не понял еще, что задумал напарник по похоронам.
- Как что? Я рвать отсюда собираюсь! - И видя, что парень смотрит на него, как на сумасшедшего, пояснил. - Больше у нас такой возможности не будет. Ты прикинь - у нас пока еще силы есть и мы сможем одолеть приличное расстояние прежде, чем они поймут, что мы рванули, да и к тому же они вряд ли оторвутся от обеда ради того, чтобы проверить, заняты ли мы работой!
- Ты чокнутый… - Пробормотал Леха. - Они пустят собак по
следу. Ты видел, что эти монстры могут делать с людьми?
- Ничего, я посмотрю, что они сделают против этого! Пономарь нагнулся и поднял с земли камень.
- Да они разорвут тебя прежде, чем ты успеешь кинуть его!
- Что, очканул, что ли?! Или, быть может, уже вломить меня хочешь?.. Это тебе не беременную бабу резать!
Леха, игнорируя боль в теле, резко встал и сжал в руке свою лопату:
- Я этого не делал, понял? Зато ты, наверное, на стариках,
которые бомбили на своих колымагах, вдоволь оторвался! Душить их
и потом угонять их тачки, наверное, полегче, чем землю в ведрах
таскать?
Пономарь сжал зубы и еще крепче сжал кулак, в котором был камень. Он был готов кинуть его в этого щуплого и несказанно наглого парня. Но тот смотрел прямо ему в глаза и в них не было страха.
- Ладно, хер с тобой! - Сказал он. - Я рвану один…
- Не делай этого. - Вдруг сказал кто-то совсем рядом.
Пономарь подпрыгнул от испуга и выронил камень из рук, а Леха едва не обделался. Недалеко от них стоял бородатый мужик - геолог, который работал с ними на промприборе.
- Не делай этого. - Повторил он. - Ты даже не знаешь, что они могут сделать с тобой, когда поймают… А они поймают даже через несколько минут… Сперва тебя порвут собаки, потом тебя будут бить до полусмерти, потом тебя кастрируют на глазах у всех и привяжут голышом к дереву, чтобы мошки могли тобой хорошо полакомиться. А вечером, когда мы будем возвращаться в лагерь, тебя за ноги привяжут к прицепу и потащат по камням. И если ты еще до этого не сдохнешь, то ты сдохнешь по пути, когда твои ребра будут раскиданы по всем камням от этого места до самой зоны. И плюс ко всему с тобой отправят в это путешествие еще пару человек, чтобы другим наука показалась достаточно запоминающейся. При мне уже так поступили пять раз с теми, кто пытался бежать. Запомни, что от вас восьмерых останется только четверо или трое через неделю, это железно. И не думай, что смерть предпочтительнее вашего здешнего рабства. Легкую смерть тебе здесь никто не закажет. Это удовольствие здесь любят растягивать на весь день или на трое суток. А так как ты парень крепкий, то ты долго выдержишь…
С этими словами Степан исчез так же внезапно, как и появился. Он понял, что кто-нибудь затеет побег, едва зайдет в лес. А ему за те пять лет, что он проторчал в этом проклятом месте, хватило показательных казней и он в свою последнюю неделю не хотел видеть чью-нибудь смерть еще, а тем более, если она будет групповая. И потому под видом, что ему приспичило по большому, он удалился в лес, чтобы предупредить зэков.
Когда Леха с Пономарем вернулись, котел с едой был пуст. Более того, зэки вылизали руками из него все остатки пищи. Леха понял, что все, это конец. Он просто протянет ноги. А Пономарь со злостью осмотрел всех зэков:
- Ну, что, пожрали, суки? А мы что, жрать не хотим, что ли?!
Зэки, разбредающиеся по своим местам под дружный хохот надзирателей, даже не оглянулись. В этом месте властвовали другие законы. Здесь не было людей. Здесь были существа, которыми правило лишь одно самое сильное чувство - чувство голода. Рыжий с Лысым прикалывались над Пономарем:
- А что делать?! Кому сейчас легко? Давайте вперед, работать! Смотрите, чтобы ужин так же не прогулять!
- Проснись, мы приехали! - Кто-то дергал Леху за рукав.
- А? - Леха встрепенулся и тут же автоматически прикрылся
руками, ожидая очередного удара.
Но удара не последовало и вообще, они уже были не на рабочем месте.
Рядом сидел узбек, Южный Душитель, и улыбался ему:
- Аллах смотрель тебя, он любить тебя! Аллах тебе сон
дарить - долго жить сможешь этой земля…
Леха окончательно проснулся от сна, внезапно сразившего его, и вспомнил, что день давно закончился, что их всех загнали в прицеп и вся бригада отправилась обратно в лагерь. И едва он сел в прицеп, как тут же вырубился, свалившись головой на плечо соседу. А соседом был этот страшный узбек с длинными и жилистыми руками, которыми он передушил сотни людей. Однако на вид он никак не был похож на убийцу. И Леха подумал, а что, если и он несправедливо обвиненный.
А Рахмат сидел и улыбался. Он понял, что Аллах дает ему сил, иначе он просто бы не смог пережить этот день. Да, сегодня было настоящее испытание. Демоны вдоволь испытали на прочность его тело и он с достоинством выдержал это. Более того, он сегодня наконец-то начал делать упражнения. Он носил ведра, наполненные породой и камнями: специально ждал, пока их наполнят с верхом, чтобы они были как можно тяжелее, а потом он их брал и нес. Но держал он их не всеми пальцами. Он упражнял каждый палец по отдельности и при этом еще сгибал и разгибал их, удерживая груз на сгибе последней фаланги конечности. К концу дня его руки налились приятной тяжестью и сейчас он их практически не мог разогнуть. Казалось, что их заковали в тесные металлически доспехи. Но это Рахмата радовало. Он мысленно видел тот день, когда он останется наедине с тем могучим одноглазым воином и сможет сыграть с ним в свою игру.
Хуже всех себя чувствовал Денис. Мало того, что ему досталось не меньше чем другим и он не мог согнуться, потому что одна почка тут же взрывалась резкой болью, так плюс к этому он весь день находился на барабане без смены и его ладони превратились в сплошное кровоточащее мясо. Кожа на них висела лохмотьями и из-под нее сочилась кровь и липкая лимфа. Когда он заикнулся о том, что у него на руках полопались мозоли и он не может больше крутить барабан, Лысый отвел его в сторону и с улыбкой нанес палкой несколько ударов по лицу, выбив несколько зубов и сломав нос.
Сейчас он сидел в прицепе, разглядывал заплывшими глазами свои руки: «Да, наверное, я сейчас не так смазливо выгляжу, как обычно!» - с усмешкой подумал он.
- Приехали! - Крикнул сзади Рыжий. - Всем в барак, живо!
Зэки, переставляя чугунные ноги, стаей тараканов устремились в неуютное здание, занимая нары, чтобы не терять ни единой драгоценной минуты сна, потому что завтра будет новый, не менее легкий день.
Лёха рухнул на подстилку и закрыл глаза. Он жутко устал, все тело ломило от работы и от побоев. Ему подумалось, что очень скоро он станет таким же, как и остальные здесь, таким же животным. Каторжная работа без отдыха и недостаток питания высосут все мыслительные процессы, которые отличают человека от животного и он будет хотеть только двух вещей - спать и есть, ну, и еще, чтобы лишний раз палкой по башке не доставалось.
И совершенно неожиданно он подумал о тех, кто остался там, на воле. Там осталась его семья, две его девчонки, две Танюшки - жена и дочь, похожие друг на друга, как две капли воды. Последний раз он их видел на суде, из-за решетки, куда его посадили на то время, когда зачитывалось обвинение, кисло выступал защитник и громко оглашал приговор судья, одной рукой отгоняя назойливую муху. Пока все это происходило, Леха и старшая Таня встретились глазами. В воспаленных от недосыпания и слез в последние дни глазах жены стоял немой вопрос. «Неужели ты мог это сделать?» Леха твердо смотрел на нее. Конечно, он ничего не помнил о том вечере, но он был твердо уверен в том, что никак не мог убить своего друга, а тем более его жену, которая была на седьмом месяце. Жена вдруг беззвучно заплакала и тут же опустила голову. Дочка сидела рядом и с интересом смотрела по сторонам, беспрерывно вертя головой. Ей все это было интересно и непонятно. Почему папка сидит за решеткой, как те невиданные звери, которых она видела в зоопарке, и почему плачет мама? И что вообще здесь за непонятное собрание людей?
Побежало по щеке. Леха вытер слезу. А потом подумал, что из его глаз уже давно не бежали слезы. Казалось, что они кончились еще там, на строгаче. «Господи, ну почему все так глупо произошло?!» Он ощутил на себе пристальный взгляд и посмотрел по сторонам. На противоположных нарах лежал мужик, которого Леха видел еще вчера и который почему-то показался ему знакомым. Он и сейчас глядел на Леху. И на данный момент в его взгляде было что-то осмысленное. Он вдруг улыбнулся Лехе и его лицо преобразилось. Леха улыбнулся в ответ и тут же поморщился - кожа на опухшей скуле растянулась и заныла. «Черт возьми, да откуда я его знаю?!» После этой мысли он неожиданно провалился в сон.
Дорогу осилит идущий

Членский билет №0083

Аватара пользователя
KosTic
Третий Разряд RUSGYM.RU
Третий Разряд RUSGYM.RU
Сообщения: 108
Зарегистрирован: 19 июл 2012, 16:12
Как долго занимаюсь спортом: 6 мес.
Откуда: Ярославль

Re: Леший 2

Сообщение KosTic » 15 авг 2012, 09:35

Серег, продолжение будет?
Нашу волю не сломать жали, жмём и будем жать (c)

Аватара пользователя
серж
Элита RUSGYM.RU
Элита RUSGYM.RU
Сообщения: 2727
Зарегистрирован: 14 окт 2009, 08:28
Как долго занимаюсь спортом: 20 лет
Откуда: колымская тайга

Re: Леший 2

Сообщение серж » 15 авг 2012, 19:51

Будет, написал!!! :ok:
Дорогу осилит идущий

Членский билет №0083

Ответить

Вернуться в «СЕРЖ»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 2 гостя