Домовой

Аватара пользователя
серж
Элита RUSGYM.RU
Элита RUSGYM.RU
Сообщения: 2727
Зарегистрирован: 14 окт 2009, 08:28
Как долго занимаюсь спортом: 20 лет
Откуда: колымская тайга

Домовой

Сообщение серж » 20 фев 2010, 20:20

ДОМОВОЙ


- Ну, Пантелеич, держи! - Вова поднял вверх пластиковый раздвижной стаканчик и протянул его сидящему напротив старичку лет семидесяти с коротко стриженой седой головой.
- Ребяты, ак какие потом грибы? - Дедок изобразил на своем захмелевшем лице благородное возмущение, но стаканчик тем не менее взял.
- Какие-какие… Во-от такие! - Вова широко развел руки и отрезал от лежащего на полиэтиленовом мешке рядом с ним толстый кружок соленого огурца. - Еще и в два раза казаться больше будут. Серега, а ты что отстаешь? Давай-ка тоже!
Вова плеснул ему в такой же стаканчик.
- Станция Рябинино! - Объявил машинист.
Электричка замерла. Зашипела пневматика дверей. К выходу потянулась вереница дачников. В старых выцветших рубахах, застиранных штормовках и куртках, с рюкзаками и ведрами. Осенняя пора - пора сбора урожая.
Вова с Сергеем подняли головы, вглядываясь в лица, но никто не заметил их напряженных лиц и бегающих глаз под темными стеклами очков. Вова все продумал хорошо. Оделись они в какие-то обноски, перекрасили в черный цвет специально отращенные к сегодняшнему дню волосы и усы (у них у обоих свои они были светло-русые). Сегодня им предстояло большое дело. И они его сделают обязательно. А завтра они постригутся налысо, снимут очки и оденут свою обычную одежду. И даже если вдруг будут искать тех черноволосых усатых парней, то вряд ли опознают их.
- Осторожно, двери закрываются, следующая станция - Петухово.
Сергей едва заметно вздрогнул. Владимир разлил остатки водки по стаканам. Полный - Пантелеичу, еще немного - Сергею. В принципе, им обоим полагалось быть трезвыми. Но Вова знал, что подельничек идет на такое дело первый раз - вдруг рука в последний момент дрогнет? Водка хорошо гоняет кровь. Вова это знал по себе. Он машинально похлопал по карману своей куртки, где лежал его складень с длинным, широким и любовно отточенным лезвием. Увидев это движение, Сергей повторил его на своей куртке, где лежал такой же.
Конечно, Вова все мог сделать и один, но ему надо было, чтобы Сергей обязательно участвовал, и даже сам сделал основное действие, тем более что он был прописан в квартире деда и ему очень нужны были деньги. Хотя они еще никому не помогали соскочить с иглы. Вова знал этот тип людей.
- Станция Петухово! - Объявил машинист.
- Ну, что, идем в бой! - Торжественно объявил Вова.
Сергей вскочил, как по команде. Пантелеич поднялся медленно.
- Ой! - Сказал он.
В голове шумело. Ноги ослабли.
- Ну, ребяты, я кажись того, лишку…
Сергей его поддержал, а Вова похлопал по плечу:
- Ничего, Пантелеич, я тебе такие грузди покажу - голова как стеклышко станет! - И подмигнул Сергею, хотя тот вряд ли это заметил - они были все же в темных очках.
- Да уж - мне сейчас домой точно нельзя! - Веско объявил Пантелеич. - Мой домовенок этого не любит! Опять голову крутить будет.
Сергей с Вовой первыми выпрыгнули на грунтовый перрон, помогли спуститься Пантелеичу.
- Пантелеич, - сказал Вова, - у тебя на все железная отмазка - домовой. Прямо твой папка.
- Да, точно! - С серьезным видом подтвердил Пантелеич. - Он как папа. Да он и есть наш папа. Главное - дом сторожит добротно. Я вона даже двери открытыми оставлял - И ведь никто не залазил!
- Да ну!? Врешь ведь!
- Ну, залазили, - неохотно согласился дед, - но ниче не унесли. Он их покусал!
- Ах, ну да, тут я согласен. Ладно, пошли.
Загудела уходящая электричка и троица двинулась в лес. Владимир огляделся - никого, кроме них. Он долго вычислял место, где можно было решить данную проблему. И Петухово оказалось самым что ни на есть лучшим местом для этого. Далеко от города и других населенных пунктов. Никто и никогда не выходил здесь и не садился. Вова с Сергеем проверяли это неоднократно. И грибов здесь тоже не было никаких. Зато здесь был густой лес.
- И вы говорите, здесь полно груздей!? - Пантелеич хохотнул. - Эх, молодежь, ни хрена-то вы не знаете!
Настроение у него было прекрасным. Тело пошатывало, на душе было легко. Денек выдался солнечным, теплым, сухим. Под ногами шуршали опавшие листья. Рядом шел любимый внук. Они вместе идут по лесу, как много лет назад, когда он еще был сопливым мальчонкой. Вспомнилось, как кто-то из его давнишних друзей, более старших, чем он, пошутил, сказав, что в хвойной кучке под елкой растут здоровенные сладкие ягоды. Внука тогда полез в эту хвойную кочку и потом десять минут визжал от боли и обиды, потому что хвойная кучка была муравейником. Пантелеич заулыбался, вспомнив этот эпизод. В такие минуты он чувствовал себя самым счастливым человеком на свете.
Чем ближе они подходили к яме, которая была очень даже кстати, тем быстрее колотилось сердце у Сергея. Можно было подумать, что вместо крови у него чистейший адреналин. Вновь из глубины героинового океана, где плавала его душа, прорвался тоненький голосок - тебе это надо? Это же твой родной дед! Человек, который нянчил тебя на руках! Который рассказывал тебе на ночь сказки! Который… ЗАТКНИСЬ!!!
Вова снял очки, убрал их в куртку и достал толстые кожаные перчатки. Потом он подал знак Сергею и посмотрел на старика. Тот шел, бормоча себе под нос какую-то песенку, и глядел по сторонам. Его взгляд опытного грибника выискивал добычу. Сергей залез в карман и тоже одел перчатки. Вова поморгал веками. Сергей поспешно снял очки. Вова покачал головой - НЕ ТОРМОЗИ! «Черт возьми, руки трясутся!» - Подумал Сергей, затем он достал и разложил свой складень и вспомнил Вовины слова: «Бей под левую лопатку! Со всей силы!» ЭТО ЖЕ ТВОЙ ДЕД! ТЫ НА КОГО ХОЧЕШЬ РУКУ ПОДНЯТЬ!? «Заткнись!»
Вот, наконец, появилось ТО МЕСТО. Сердце Сергея предательски сжалось, волосы на теле встали дыбом, мошонка сжалась в гармошку. Он расширенными глазами смотрел в спину деду и говорил сам себе: «Только ударить! Всего-то - ударить посильнее! И все - дело сделано!..» Кашлянул Вова. Это он подал знак, что пришла пора. Настало время.
Сергей сжал обеими руками нож и побежал, выставив его перед собой. И в это же самое время Пантелеич со словами «ну надо же, груздь!» наклонился над грибом, который вылез из земли, взбугрив кусочек ковра из опавших листьев. Сергей, естественно, промахнулся и по инерции пробежал дальше, налетев на наклонившегося деда, сбил его с ног, и они оба полетели на землю. Вова понял, что без его участия все-таки не обойдется, и бросился вперед. В его душе никаких колебаний не было. Ему нужны были деньги, и к тому же этот дед не был его родственником. Да и в своей насыщенной жизни он уже садил на перо людей. Он упал на колени возле двух барахтающихся тел и нанес длинный, с замахом, удар.
Но госпожа удача оказалась не на его стороне. Дед случайно поднял руки так, что нож вместо груди попал в его руку, и то лишь по касательной, распоров пиджак и поранил кожу.
Пантелеич, до этого не понимающий, как это так его непонятным образом сбили с ног и повалили на землю, и что так больно поранило руку, встретился взглядом с дружком своего внука. Когда-то Тимофей Пантелеевич воевал на Великой Отечественной и сходился с немцами в рукопашную. Он видел взгляд врага с зажатым в руке штыком. Точно такой же взгляд был сейчас и у этого парня. И еще он увидел нож. Память мигом вернула его в ту далекую военную колею. Алкоголь испарился, как будто его и не было. Тело само вспомнило те далекие уроки рукопашного боя. И когда Вова наносил второй удар, дед левой рукой смог блокировать его и отвести в сторону, после чего нож воткнулся в землю, а правой дед, что есть силы, нанес удар в лицо нападавшему.
Вова, хрустнув носовым хрящом, отлетел назад, а дед шустро вскочил и побежал дальше в лес. За ним вслед побежал Сергей. Размахивая ножом. Владимир поднялся с земли и встряхнул головой, отгоняя объятия легкого нокдауна и разбрызгивая кровь из разбитого носа. Придя, таким образом, в себя, он поднялся с земли и тоже побежал вслед за своей жертвой.
- Держи его! - Крикнул он Сергею.
- ЛЮДИ, ПОМОГИТЕ!!! - Закричал Пантелеич.
Ему вдруг захотелось жить, и поэтому он бежал с такой скоростью, с которой, наверное, не бегал уже лет тридцать. Он был в панике. Он не мог понять, за что его хотят убить.
- ПОМОГИТЕ!!! - Кричал он, отдавая бесполезному крику очень много сил.
- Вали его! - Орал сзади Вова.
Сергей бежал что есть сил. Он даже не мог предположить, что его старичок окажется таким шустрым. Ужас вцепился в него. Он уже жалел, что согласился на все это. Ему казалось, что голос деда разносится на десятки километров вокруг, и сюда сейчас сбегаются люди, а за каждым деревом стоят люди в милицейской форме.
- Замолчи! - Крикнул он деду.
- ПОМОГИТЕ!!!
- ЗАТКНИСЬ!
Но годы сказывалось. Дед уже не мог бежать с прежней скоростью. Ноги налились кровью, будто свинцом и одеревенели. Заболели суставы в коленях, стопы поднимались все ниже. Пантелеич больше не кричал - все силы уходили на бег и дыхание, которое хрипело, свистело и практически отказывалось работать. Он начал спотыкаться. Шаги преследователей приближались. И он вдруг осознал, что это все, настал его час.
Он споткнулся в очередной раз и кубарем покатился по земле. Тут же на него сверху навалился Сергей. Нож он выронил по дороге и потому просто прижал старика к земле. Он задыхался не меньше его, ноги ломило, сердце билось в горле. Перед глазами плавали цветные пятна. И сил у него оставалось ненамного больше, чем у деда. Вова ковылял сзади, ругаясь матом. Помимо разбитого носа, он еще подвернул ногу и теперь плелся, припадая на нее.
- Внучек… Ты что… Делаешь? - Тяжело дыша, спросил дед.
- Мне нужны… Деньги! - Так же тяжело ответил Сергей.
- Откуда… Они у меня!?
- Квартира…
- Господи… Сереженька… И ты ради этого… Сможешь…
До них доковылял Вова и приказал Сергею:
- Держи ему руки!
- Ребяты… Что ж вы делаете… Нехристи! Домовой вам этого не простит…
- Руку ему держи!
Они повернули деда лицом вверх, с трудом справившись с его старым, но еще крепким телом. Сергей сел ему на живот и прижал его руки своими к земле. Вов сел у его головы:
- Ну, ты, дед, шустряк! Ведь чуть не ушел.
- Ребяты, одумайтесь! Что ж вы делаете!? За что? Отдам я вам квартиру! Сам к корешу уеду.
- Поздно, дед! - Вова тоже переводил дыхание. Теперь дед лежал обездвиженный. Но все-таки Вове придется кончить его самому - этот хренов наркаш уже готов сопли распустить. - Когда тебя просили это сделать, ты своими старыми рогами уперся!
- Ребяты… Зачем вам это!? Не берите грех на душу! Змей найдет вас… Рано или поздно. Он не пощадит!
- Серега, держи его!
- Будьте вы прокляты, фашисты! - И дед заплакал.
Не думал он, ветеран войны, герой труда и просто хороший человек, переживший годы войны и разрухи, что будет убит собственным внуком.
- Вова, может… - жалостливо начал Сергей, но напарник жестко оборвал его:
- Заткнись, мудак! Держи, я сказал!
Он резким движением перерезал старческую сморщенную шею, погрузив глубоко в плоть широкое лезвие, которое глухо проскрежетало по позвонкам. Брызнула ярко-алая кровь, тело забилось в агонии. Из нарушенной трахеи вырвался полустон-полухрип, грудь просела.
- Твою мать! - Вова снял перчатки и отер забрызганные кровью глаза. - Фонтанирует, как барашек. Хорошо сердечко разогнал. Держи, держи его, а то опять ускачет.
Сергей не выдержал и его вырвало прямо на умирающее тело. Выпитой недавно водкой и полупереваренными огурцами, которые тут же окрасились красным.
- Слабенький ты у нас! - Вова похлопал его по плечу. - Ничего, привыкнешь.
Через несколько минут все стихло. Старик замер. Навеки. Вова встал и полез в карман, но вовремя одернул себя - курить можно будет гораздо позже. Сейчас необходимо было оставить как можно меньше следов. Хватает с лихвой и того, что его напарничек оставил с литр жидких улик.
- Ладно, хорош расслабляться! - Сказал он. - Вся работа еще впереди. Хватай деда и тащи к яме.
- Я не могу. - Сергей был бледен.
- Что значит - не могу!? Охренел, что ли? Это я как раз не могу - ногу по вашей милости вывихнул. Ты что думаешь - бабки с неба валятся? Их, мальчик, отрабатывать надо. Хватай деда за ноги и к яме!
Сергей, превозмогая ужас и отвращение, подхватил старика за ноги и поволок вперед, к яме. За телом тянулся широкий красный след. Вова хромал сзади и глядел в спину подельнику. Однажды и в его теле побывает нож.
Дорогу осилит идущий

Членский билет №0083

Аватара пользователя
серж
Элита RUSGYM.RU
Элита RUSGYM.RU
Сообщения: 2727
Зарегистрирован: 14 окт 2009, 08:28
Как долго занимаюсь спортом: 20 лет
Откуда: колымская тайга

Re: Творчество русжимовиков

Сообщение серж » 20 фев 2010, 20:21

«Этот козел не получит и копейки. Все равно сдохнет от иглы. Да и расколется, если менты на понт возьмут».
В яму они бросили тело, побросали туда же перчатки, забросали все это заранее приготовленными сучьями и ветвями. Окровавленную куртку Вове тоже пришлось снимать.
- Ну, что, пошли в ручейке ополоснемся? - Вова подмигнул Сергею. - Да ты не кисни! Все прошло нормалек. Теперь только чуток подождать, пока все поутихнет, и бабки наши.
Им осталось пройти пару остановок электрички пешком и сесть на другой станции.

- Да, квартирка малость требует ремонта. - Михаил снова обвел глазами комнаты и остановил взгляд на хозяине.
- Ну, да, - мужик пожал плечами, - но ведь и денег я прошу немного.
И он как бы заискивающе поглядел в глаза Михаилу. Что-то он скрывал. Михаил это чувствовал. Квартира была дешевой. И даже очень. И несмотря на царящий в комнатах бардак она стоила гораздо больше, чем хотел за нее продавец. Понятно, ему хотелось побыстрее скинуть ее. Но почему? Продавать трехкомнатную хату по цене однокомнатной!? По виду мужичок не был бомжем. Он выглядел как обычный работяга, не получающий на родном заводе денег с полугода. Эту ощущение какой-то недосказанности и тайны он испытал еще в жилконторе, когда пришел разузнать про эту квартирку после того, как прочел объявление в газете.
Заведующая пристально посмотрела на Михаила, словно пыталась оценить его по какой-то своей шкале.
- Вы семейный? - Спросила она.
- Да. Жена и дочь. А что?
- В общем-то, ничего. Просто семейным там плохо. Говорят, аура там плохая.
- Что, простите?
- Ну… Полтергейст какой-то.
- Ах, это. Ничего, это дело мы мигом прекратим!
- Там столько ремонта…
- Ничего, работать мы умеем.
Но Михаил не назвал истинную причину. Она заключалась в Анжеле - его жене. Именно она насела на него с этой квартирой. И Михаил прекрасно понимал ее. Всю жизнь - общаги да дешевые комнаты у спивающихся хозяев. Вечная грязь, тараканы и клопы, пьяные рожи соседи, против которых не помогала никакая борьба. Любой бабе хочется иметь свой угол, домашний очаг. Да еще и болезни чахленькой Наташки - дочери Михаила. Они поженились, когда Наташке было два года. Ее мать погибла. После очередной пьянки с подругами по работе. Выскочила на дорогу. Не заметив машину. Анжела была похожа на нее. Внешне. Очень похожа. Но у нее была черта, которую все хотел увидеть в своей первой жене Михаил - тягу к домашнему уюту, к семье, любовь к ребенку, и если не отвращение, то хотя бы не пристрастие к алкоголю.
Действительно, квартира нуждалась в ремонте. Заштукатурить, залатать и выровнять потрескавшиеся и расколотые стены, покрасить пол, то же самое сделать с потолком плюс побелка, поменять и спрятать проводку, поменять сантехнику и положить плитку. Но, зато это не общага и не снятая комната. Это свое жилье - просторное жилье. Никто не залезет в холодильник, не скрутит ручки с газовой плиты, не накидает на кухне по столам затычек, не наблюет в ванной и не надрищет мимо унитаза в туалете. И не надо сгонять с одеяла сыплющихся с потолка клопов или тараканов.
И едва Михаил переступил порог этой видавшей виды квартиры, он уже знал, что это будет ИХ жилье, и он при первом же разговоре с хозяином наметанным глазом определялся, что и как он будет делать. Нужны будут деньги. Но они должны остаться от покупки квартиры. Вспоминались те годы, проведенные за баранкой ЗИЛа. Бывало, просыпался среди ночи с застывшими в вечной позе руками. И если бы не Борис, он до сих пор гнил бы у развалюх в какой-нибудь автоколонне.

Он ехал по зимней трассе и случайно увидел, что полосатый бордюр у края поднимающейся в дорогу дороги, на повороте, смят с краю и туда идут полосы следов, оставленные колесами чьей-то автомашины. Было ясно, что кто-то сошел. Михаил остановил свой фургон, вылез и выглянул за разбитое ограждение. Там, внизу, в сугробе, валялся на боку разбитый «Чероки» черной окраски с тонированными стеклами. Естественным желанием Михаила было уехать прочь - не хотелось лезть в разборки среди этой публики, а скорей всего это были разборки. Но потом он подумал - вдруг это вовсе не разборки и там есть дети?
Однажды его первая жена, гуляя с годовалой еще тогда Наташкой на летней коляске, встретила одних из своих многочисленных подруг и решила, по обычаю, вспрыснуть эту встречу. И в один определенный момент ее вынесло на дорогу. Их сбила точно такая же черная тонированная «мицубиши». Но большой бритоголовый дядя тут же остановил ее и, схватив их обоих, отвез в больницу. Михаил до сих пор не знает, кто это был. Но дочурке вовремя обработали порезы, когда ее выбросило из коляски, и вправили вывих, а жене наложили гипс. И в тот раз Михаил подумал, что такая же машина с находящимися внутри и ситуация точно такая же, только наоборот, это не простое совпадение.
В машине не было детей. Там был лишь один человек, в строгом и очень цивильном костюмчике, в крови и без сознания. Правда, когда Михаил сумел освободить его из ремня, тот застонал и очнулся. Матерясь и проклиная хорошее питание этих новых русских, он выволок пострадавшего наверх. Там он утер пот со словами: «Ох, и тяжелый ты, падла!» И затащил в свою кабину. Раны были не слишком тяжелыми - так. Лишь рассеченная голова. Но вот замерз мужик основательно. Михаил его укутал во что только мог и погнал на всех парах обратно в город.
А через пару месяцев, когда Михаил уже забыл это происшествие, его нашел тот мужик, на таком же авто, только на новом. Мужика без кровавого грима было не узнать.
- Ну, привет, братан! - Мужик протянул ему руку. - Че пропал, не появляешься?
- Я что-то тебя не узнаю. Я что-то должен?
- Да это ж я, «тяжелая падла», с тридцать восьмого километра! - Он хохотнул. - Так что это я тебе должен. Спас ты меня, реально! Еще бы с часок, и я бы себе не только нос и жопу, а и мозги отморозил. Ведь не один пидор не остановился, хотя я уверен - не ты первый был.
- Машина жутковатая, а люди сейчас пугливые, проблем не хотят.
- А ты что полез?
- Сам не знаю. Думал, может там дети есть…
- Ну, и во сколько оценить твою помощь?
- Сотню штук в баксах.
Мужик поднял брови:
- Ого! Да ты, парень, хорошего мнения не только о себе, но и о моих финансовых возможностях. Скромней надо быть!
- О чем ты говоришь, какие долги!? Это среди вашей братвы, может это есть. Спас - живи. Ящик пива поставишь - считай, квиты.
- …Слушай, у меня есть другое предложение. Ты меня тогда до больницы шустро доставил. Даже пробки сумел обойти. Видимо, руки откуда надо торчат. Ко мне водилой пойдешь?
- А сколь платить будешь?
Мужик скептически огляделся вокруг:
- Во всяком случае, побольше, чем в этом отстойнике. Мои балбесы около двух сотен получают.
- Это какими?
- Тугриками, зелеными.
- Когда приступать?
Он указал на свою машину:
- Давай сейчас… Только сними, пожалуйста эти свои лохмотья, одень что-нибудь поприличнее.
С тех пор Михаил и работал у Бориса. Тот оказался шефом одной очень процветающей фирмы и совладельцем еще нескольких. Через пару месяцев Михаил подошел к нему в кабинет:
- Борис, можешь ссуду дать или кредит?
- Что тебе надо?
- Жилье. Надоело по общагам.
Борис открыл сейф и достал оттуда пачку сотенных зеленых:
- Держи, разменяешь сам.
- …А на каких условиях?
- Условия просты до безобразия. Это тебе, считай, просто премия. Но если уйдешь от меня - вернешь столько же.
Михаил с сомнением переводил взгляд с пачки на Бориса и обратно. Тот снял очки и уже тише сказал:
- Я тебе хотел эту сумму дать за мое спасение. Ты даже не представляешь, как мне захотелось в том сугробе жить! Я стал молить господа, чтоб послал мне кого-нибудь, и что я не пожалею никаких денег… Я помню свой обет. Я должен тебе за мою жизнь, и я не привык копить долги. Так что бери!
Михаил стоял неподвижно. Не верил он в сказки про золушек и добрых богатеев, но на другой чаше весов была его семья, да и просто эта пачка паршивой заокеанской валюты приковывала взгляд и магнитом притягивала к себе руки.
- Ну, чего ты мнешься, как целка? Я тебе говорю - эти деньги твои… Ну, если тебе так будет спокойнее - я скоро на Кипр на пару неделек рвану - жена вот такую плешь проела, на песочке ей хочется поваляться. Ты помнишь моего "джипа"? Мне сказали, что реанимировать его можно. Так что поковыряй его, да я братану по дешевке скину. Усек? Да не ссы - если б я хотел тебя на бабки поставить, нашел бы крестьянина побогаче. А с тебя что взять – хаты, и то своей нет.
Ремонт в квартире Михаил делал по ночам, а отсыпался урывками, днем, в перерывах между выполнением своих шоферских обязанностей, когда шеф сидел в конторе или торчал на каких-нибудь презентациях или конференциях. Еще через пару месяцев семья Михаила покинула последнюю в своей жизни общагу, и первую ночь они спали на матрацах на полу, но были счастливы, как младенцы.

…Анжела села на кровати, обхватив себя руками. Тело била мелкая дрожь. На коже все еще оставалось ощущение прикосновения холодного скользкого тела. Сперва ей приснился Коля. Таким, каким он мог стать - жизнерадостным белокурым мальчишкой с вечно разодранными коленками. И ее сердце сжалось так сильно, что вот-вот могло остановиться. И она уже готова была разрыдаться во сне. Но потом появился ОН. Он обвил ее тело тугими холодными кольцами, не давая ей пошевелить даже пальцами на ногах, и заглянул ей в лицо. Анжела перестала дышать от ужаса. У него была кошмарная морда. Огромная морда волка. С безумными черными глазами. Но только у этого волка было тело змеи. И это тело сдавило Анжелу в своих тисках. Он приблизил свою морду к ее лицу и она ощутила его горячее дыхание.
- Зачем ты убила своего ребенка? - Спросил он.
- Я никого не убивала! - Испуганно вскрикнула она и тут же застонала, потому что стальные кольца сжались еще сильнее, и кости ее захрустели.
- Не смей мне врать! - Грозно зарычал зверь. Казалось, его глаза своим взглядом могли прожечь ее череп. - Зачем ты убила своего ребенка?
- Я… Я не хотела Его… Тогда… А потом… Потом было поздно…
Кольца сжались еще. Анжела уже не могла дышать и чувствовала, что в глазах начинает темнеть. Легкие были сжаты в один сморщенный комок. Внезапно хватка ослабла, и она глубоко вздохнула. Но волк продолжал сверлить ее своим взглядом. Она ощущала себя маленькой беспомощной козявкой, которую рентгеном просвечивали насквозь. Где-то далеко в темноте послышался детский плач. Надрывные крики маленького тельца. Крошечного существа, которое хотело жить. Но ему не дали… Больше она не могла выдержать это и разрыдалась.
Так она и проснулась. В слезах от давней, но незаживающей раны от страшной потери и страха, выхолаживающего организм быстрее глыбы арктического льда. Казалось, тело все еще сжимали холодные кожаные тиски и где-то вдалеке затухали детские крики. Она села на кровати, Обняв себя, чтобы отогнать это жуткое ощущение змеиных объятий. Тут же из памяти всплыло лицо медсестры и ее слова, звучавшие приговором: «Ваш ребенок родился мертвым». Она упала на кровать и разрыдалась, теперь уже наяву, пытаясь заглушить себя подушкой.
- Солнышко, что с тобой? - Сонным голосом пробормотал Михаил, тяжело вынырнув из глубин своего крепкого сна, и обнял жену за плечи. В последнее время ночами он спал мертвецким сном, словно организм взял тайм-аут за те бессонные ночи, когда он занимался ремонтом.
- Миша… - Она подалась к нему, уткнувшись зареванным холодным лицом в его грудь.
Он лег на спину и провел ладонью по ее спине. Удивительно, но это просто движение, сонное бормотание мужа и запах, исходящий от его тела, успокоили ее. А Михаил уже опять спал, провалившись все в ту же пропасть, из которой его мог достать только старый советский будильник, поставленный в кастрюлю у самой кровати. И если бы не равномерное и тихое посапывание, можно было подумать, что он неживой.
Ах, если бы все можно было вернуть! Она опять вспоминала ту общагу при ПТУ. Те обшарпанные хрущевские комнатушки в доме-клетке, не видевшие ремонта со дня их сдачи в эксплуатацию. И комендантшу, больше похожую на гестаповца в штатском и проповедующую целомудрие, двух соседок-блядей с их бесконечно сменяющимися партнерами, трое из которых однажды по пьяни изнасиловали ее, тогда еще девственницу, на ее же продавленной скрипучей кровати. И только чувство мести и хищная обозленность, которую она впитала еще в детдоме, не дали наложить ей на себя руки. Она написала заявление и отнесла его в милицию. Один из тех подонков оказался сыном партийного босса, поэтому этот поход в милицию ничего ей не принес, кроме славы потаскухи в ее ПТУ, издевательств со стороны соседок и вражду с комендой.
Она придумала план отмщения. Через пару месяцев она пригласила к себе ту троицу («Что, тебе понравилось?» «О, да ты еще хочешь!» «Да ты девочка что надо!») и напоила их вместе с соседками водкой со снотворным. И когда те заснули, она подожгла комнату заранее приготовленным бензином. И когда в комнате зашумело пламя, она, тоже малость обгоревшая, побежала к дежурной с криками о пожаре. Конечно, пожар был несерьезным и, конечно же, они выжили. Но она сделал, что хотела. У них, у всех пятерых, хорошо поджарились те места, которые она тщательно полила бензином. Они, накачанные алкоголем, не сразу врубились, что с ними стало. И лишь через сутки ожоговая наполнилась их воплями, полными боли и ужаса.
Дело против нее возбудили, но практически сразу прекратили по велению какого-то провидения свыше, потому что партийного босса внезапно засветили с девочками в бане и тут же поперли из партии, а его сын тут же стал хулиганом и насильником. Но Анжеле пришлось уйти в другую фазанку, где она сама поселилась к двум тихоням и стала жить более спокойно. Но это продолжалось недолго. На этом ее воспоминания потускнели и она тоже, как и Михаил, провалилась в черную яму сна.
Утром, когда они поднялись на работу, Михаил настороженно спросил у нее:
- Ты в порядке?
- Да, а что?
- Загляни в зеркало. Точно все в порядке? - Михаил взял ее за плечи и пристально посмотрел в глаза, отчего Анжела внутренне обмерла - чем-то его взгляд был похож на взгляд монстра из сна.
- Спалось плохо… Воспоминания всякие в голову лезли.
- Понятно. Больше старайся не вспоминать! - Он обнял ее, жарко поцеловал и крепко и грубовато потискал за ягодицы. - Надо сегодня куда-нибудь Наташку сплавить на пару часов, а то я уже ноги вместе свести не могу, мешается все. На улице сегодня холодно, теплей одевайтесь!
Больше Михаил про ночные воспоминания не упоминал. Когда они с Анжелой были еще холостыми и практически только недавно познакомились, на одной из вечеринок с друзьями она сказала ему:
- Миша, я тоже не ангел. У меня было столько неприятных моментов в жизни…
- Анжелочка, я прекрасно понимаю, что все мы далеко не ангелы, я сам сделал столько, что не очень хочется вспоминать. Но мне без разницы, что у тебя было когда-то. Мне с тобой хорошо сейчас и жить в будущем. Я у тебя о прошлом расспрашивать не буду. Если захочешь - сама расскажешь.
…Она посмотрела в зеркало. Действительно, вид был не очень - взлохмаченные волосы, мешки под глазами, черные круги вокруг них, опухшие воспаленные веки, красные глаза. Все прелести чудесной насыщенной ночи.
Пока она принимала душ и приводила себя в порядок, проснулась Наташка. Она зашла в ванную и сонно пробормотала:
- Мам, привет!
- Привет, милая. Как спалось?
- Клево!
- Ты опять что-то в рот затащила? - Анжела с подозрением посмотрела на нее.
Наташа стушевалась, что-то выплюнула в кулак и спрятала за спину.
- Да ладно! - Улыбнулась Анжела. - Ты себя уже выдала. Что там у тебя?
Наташа протянула руку вперед и разжала кулачок. В ладошке у нее была игрушечная белочка из киндер-сюрприза.
- Доча! - Анжела обняла ее за плечи. - Ты когда перестанешь так делать? Это же плохая привычка и ты знаешь, как за это папка ругается на тебя.
- Я знаю, - тяжело вздохнула девочка, - но они сами в рот лезут.
- Наташенька, ты можешь подавиться и задохнуться!
- Мамочка, я больше так не буду!
- Ты постоянно так говоришь.
- Мам, все, без базара! - И она с деловым видом выбросила игрушку в ведро. - Руб за сто - фуфло буду, если еще так сделаю.
Была у нее эта привычка - глядя телевизор или что-нибудь рисуя в своем альбоме, она в задумчивости постоянно засовывала в рот какие-нибудь мелкие вещицы - такие вот маленькие игрушки из киндеров, пуговицы, колпачки от фломастеров. Может быть, это было еще и из-за того, что родители баловали ее конфетками, чупа-чупсами и прочей ерундой, отчего ее рот был занят и когда там ничего не было, она пыталась его занять другим.
Дорогу осилит идущий

Членский билет №0083

Аватара пользователя
серж
Элита RUSGYM.RU
Элита RUSGYM.RU
Сообщения: 2727
Зарегистрирован: 14 окт 2009, 08:28
Как долго занимаюсь спортом: 20 лет
Откуда: колымская тайга

Re: Творчество русжимовиков

Сообщение серж » 20 фев 2010, 20:22

- Доча, давай умывайся и в садик.
- Ну, началось. Опять в садик… - Недовольно пробормотала она.
Заправляя свою постель, Анжела обнаружила на ней несколько длинных, толстых серых волосков. Тут же вспомнился ночной кошмар, который она уже почти забыла. Вспомнились оскаленная серая пасть и холодные смертельные объятия. Она внимательно рассмотрела волоски - да, это самая настоящая серая шерсть, но никак не волосы Анжелы, которые были черными и волнистыми, и уж тем более не волосы Михаила, который стригся коротко. «Откуда они взялись? И почему мне приснился этот волк? Почему у него было тело змеи?»

Михаил сидел, обнявшись с Анжелой, и смотрел телевизор. По прихожей в свою комнату проскользнула Наташка, держащая в руках стакан молока.
- Эй, Карлсон недокормленный! - Крикнул Михаил. - Задний ход!
Из-за проема двери показалось настороженное Наташкино лицо. Ношу она прятала за дверью.
- Чего?
- Кухни-то нет?
- Есть.
- Вот там и пей молоко. Что за привычка - каждый вечер молоко к себе в комнату таскать?
- А это не себе.
- Кому же?
- Кешке! - Наташка смотрела на отца, и ее глаза просто ослепляли честностью и искренностью.
Михаил с Анжелой переглянулись и чуть не в один голос спросили:
- Какой Кешка? - И Михаил добавил. - Ты у себя в тумбочке попугая держишь?
- Отсталые вы у меня! - Наташка высокомерно поморщилась и разъяснила чуть ли не по слогам. - Кешка - это до-мо-вой!
Михаил вздохнул:
- Ну-ну, домовой! Это тот, который на двух ногах и полосатых колготках?
- Фи, папа, какой ты пошлый!
- Ну, так хоть бы показала нам его! - И Михаил подмигнул Анжеле.
Наташка убежала в свою комнату и через несколько минут прибежала с листком:
- Вот, я его нарисовала!
Михаил усмехнулся, но вдруг почувствовал, как напряглась жена, глядя на рисунок. Детской рукой на листке была нарисована змея с собачьей головой.
- Он тебя напугал? - Анжела взяла Наташу за руку.
- Он? - Она удивилась. - Да он же добрый! Он молочко любит!
- Совсем не напугал!?
- Только чуть-чуть. Первый раз. Он такой большой! - И она широко развела руки в стороны. - Ну, ладно, загорайте!
Михаил легонько поцеловал жену в шею:
- Милая, ты почему так напугалась?
- Мне он приснился.
- Кто!?
- Этот змей с волчьей головой.
- Да вроде бы на собаку похож.
- Это был волк!
- Ну, ладно, волк… Он тебя напугал?
- Очень.
- Но Наташка его не боится… Снится он ей, что ли, тоже?
- Я не знаю, Миша. - Анжела расслабилась и положила голову ему на плечо. - Но он меня очень напугал. Он мне напомнил…
Она осеклась. Михаил пару секунд подождал продолжения, а потом сказал:
- Ладно, порулил я в душ. А ты, когда я приду, уже лежишь в постели, без халатика, ножки в стороны, сосочки торчком, губки бантиком, а попка мячиком. Усекла?
- Наимерзейшая ты все-таки личность! И что я в тебе только нашла?
- Да душа у меня светлая и помыслы мои чистые! - И он пошлепал в ванную.
…Он сидел на стуле, его руки были в наручниках. Под ногами сырой цементный пол. Прямо в лицо - настольная лампа, бьющая в лицо с такой силой, что он поневоле щурился.
- Расскажи-ка, зачем ты убил человека. - Требовательно сказал грубый низкий голос темного силуэта за этой лампой.
- Какого еще человека?
- НЕ ОТВЕЧАЙ ВОПРОСОМ НА ВОПРОС!
- Никого я не убивал… И вообще, ты кто такой?
- Я - СУДЬЯ!
Михаил не понимал, то ли это сон, то ли это явь, то ли явь во сне, то ли сон наяву. Было какое-то зыбкое ощущение нереальности, но голос и обстановка была реальней некуда. И этот сырой пол, от которого мерзнут ноги, и саднящая боль от наручников, и слепящий свет в глазах, который, кажется, разъедает веки, и какие-то крики за толстыми стенами, словно они находились в камере пыток. И этот некто впереди. Было жутковато. Михаил признавал это.
- Хорошо, я могу напомнить. 16 августа 1980 года. Город Воронеж. Кафе «Юбилейное». Вспомнил?
И тут Михаил действительно вспомнил. Да, конечно же! Они тогда вдвоем с экспедитором зашли в какую-то забегаловку перекусить. Да, именно это самое кафе, названное в честь непонятного юбилея. А перед входом троица подвыпивших парней пыталась снять какую-то девчонку. Михаил прошел бы мимо, но эта самая девчонка как бы не хотела сниматься, да и вида была абсолютно неснимательного - ненакрашеная школьница со старым тубусом и пакетом с конспектами. А троица обступила ее со всех сторон и не собиралась ее выпускать.
В то время еще за девушек вступались гораздо чаще, чем теперь. И Михаил, тогда еще пацан, причислял себя к числу благородных рыцарей. И, как настоящий рыцарь, после защиты дам, частенько злоупотреблял их благодарностью за спасение. Но тогда это был не тот случай. Он просто чувствовал бы себя последней паскудой, если бы прошел мимо говнюков, пользующихся слабостью и беззащитностью своей жертвы.
- Эй, землячки, оставьте девчонку в покое!
- Ты не видишь, мы с девушкой разговариваем! - Обернулся один из них, обмерил фигуру Михаила коротким взглядом и потерял к нему интерес.
- Вам что, блядей мало?
- Отвали на хер!
Адреналин струей прыснул в кровь, и она заиграла. Михаил резко повернулся к компании и встал напротив разговорчивого, глядя ему прямо в переносицу:
- Ты, козел, что-то сказал?
- Да ладно-ладно, - вдруг вмешался самый высокий из компании, - разошлись по углам, все пучком!
Девчонка, воспользовавшись моментом, поспешно улизнула. Троица, помявшись, отчалила. А Виктор, экспедитор, потянул Михаила за рукав:
- Ладно, хорош быковать, пошли, пожрем. Время много.
Они перекусили в этом кафе, потом пошли отлить на улицу, потому что сортир был закрыт на ремонт. Та троица между тем и не думала уходить - они ждали их и будто знали, что те пойдут отливать, потому что ждали их в темном углу за кафэшкой. Только теперь их уже было пятеро. Едва они с Виктором зашли за угол, как их обступили и разговорчивый прошипел:
- Ну че, мудазвон, по репе давно не получал?
Из его руки выпала, разматываясь на ходу, велосипедная цепь.
- Эй, пацаны, ну чего шуметь-то? - Мирно развел руками Виктор. - Что, из-за биксы сейчас будем мутузиться?
И, может быть, и получилась бы у них мировая, но уж больно не нравилась ему довольная харя разговорчивого, который крутил по бедру рукой с зажатой в ней и издающей бряцанье цепью. Он не думал о численном перевесе. Это с годами потом пришло к нему стратегическое и тактическое соображение. А тогда он лишь хотел наказать того типа с цепью. Быстро пробежавшись взглядом по полутемному переулку, он заметил, что недалеко валяется не то обломленный черенок от лопаты, не то кусок штакетника. И он неторопливой походкой направился туда. Он подумал, что в любом случае успеет до него, но хотелось, чтобы компания осознала гораздо позже, ЗАЧЕМ он пошел туда.
- Эй, ты куда!? - Воскликнул разговорчивый. Видимо, он был предводителем шайки. - Ты че, не понял!? СТОЯТЬ!
И он быстрым шагом зашагал вслед Михаилу. А тот уже завладел оружием и развернулся, готовый к бою.
- Хоккеист, что ли!? - Хмыкнул разговорчивый, и компания поддержала его одобрительным хохотом.
И он стал раскачивать цепь из стороны в сторону. Михаил понял, что вечно это продолжаться не может. И лучше сразу решить проблему. Тем более, что остальная команда находилась гораздо дальше главаря. Он вразвалочку приблизился к сопернику и вдруг сделал резкий выпад своей палкой. Видимо, разговорчивый не ожидал такой наглости от этого неместного шкета, потому что даже не сделал попытки защититься и тут же получил сильнейший удар в лицо. Клацнув зубами, он повалился на землю. А Михаил, не медля ни секунды, нанес удар по ближайшему противнику. Тот уже был в курсе намерений и успел среагировать, подставив руки, защищая лицо. Но черенок был гораздо крепче, и он приложился к конечностям, круша кости. Виктор тем временем нанес удар еще одному. Просто в грудь, но очень сильно. Тот, который был рядом с первым, просто убежал. Ретировались и те двое, что были с главарем. Один с криком от боли, держась за руку, другой с воплем:
- Мы вас, суки, еще встретим!
Главарь вставал с земли, прикрывая ладонью рассеченное лицо, с которого частыми каплями падала кровь. В его глазах теперь был страх.
- Ну, что, харек, яйца проглотил? - Усмехнулся Михаил.
- Мы с тобой еще встретимся. - Угрожающе произнес тот.
- А что откладывать, мы сейчас поговорим! - И Михаил обрушил удар палки на голову противнику.
Деревяшка с треском разломилась. Разговорчивый мешком рухнул на землю, а Михаил с ожесточением стал добивать его ногами. До тех пор, пока его не остановил Виктор и не поволок к машине:
- Миха, стоять! СТОЯТЬ, Я СКАЗАЛ! Придурок, ты убьешь его! - И резко дернул на себя. - Прошли к машине и укатываем отсюда!
А когда они через несколько дней проезжали обратно через этот город, Михаил случайно узнал, что в тот вечер в Воронеже в некоем кафе «Юбилейное» кто-то на улице в пьяной драке убил человека, вооруженного велосипедной цепью. Следствие было, но никого не нашли. Да и та шобла была головной болью местного участкового. Тот был рад, что предводитель местной шайки крякнул. А Виктор про тот вечер никому не рассказывал и никогда не напоминал Михаилу.
Все эти воспоминания промелькнули в голове Михаила за доли секунды.
- Ну, я вижу, ты наконец-то вспомнил! - Удовлетворенно произнес голос напротив. Краем глаза Михаил заметил, что из-под стола невидимого судьи лезет какой-то толстый темный жгут, похожий на большой крысиный хвост.
- Ну, вспомнил, и что дальше?
- Но ты убил человека!
- Слушай, ЧЕГО ТЕБЕ НАДО!? - Михаил начинал нервничать, потому что видел, как жгут, медленно шевелясь, приближается к его ногам. - Я его убивать, честно говоря, не хотел. Я его хотел наказать!
- А если бы тебе дали шанс вернуться в тот день, ты бы избежал убийства?
Михаил опять попытался разглядеть в силуэте этого типа лицо. Но кроме пышной шевелюры, ничего рассмотреть не мог. Этому мешала яркая лампа, направленная прямо в лицо.
- Убери от меня эту гадость! - сказал он, заворожено глядя, как жгут возле его ног начинает извиваться и захватывать конечности.
- Какую еще гадость? - Участливо спросил невидимый следователь.
- Убери, я сказал!
- Ничего не знаю! Ты должен отвечать на мои вопросы.
Михаил дождался, когда хвост коснется его ног. Потом он резко поднял их вверх, согнув в коленях, и тут же ударил его со всей силы пятками. Жгут молниеносно сбежал под стол.
- Ты смерти хочешь!? - зашипел следователь, и Михаил с ужасом увидел напротив себя его рожу. Теперь он был освещен.
То, что он принял за пышную шевелюру, оказалось вздыбленной шерстью огромной волчьей головы. И эта морда была жутко рассержена - она оскалилась, обнажив мощные желтые клыки. Михаилу стало страшно. Уж слишком реальным был сон. Может, он провалился в какой-то параллельный мир и теперь навеки останется в нем наедине с этим зверем?
- Значит, ты убийца? - прорычал волк.
- Нет!
Его неожиданно скрутили стальные кольца мощного змеиного тела.
- Но ты же убил человека, узнал об этом и скрыл!
- А вот это не твое собачье дело! ОТВАЛИ ОТ МЕНЯ, УРОД! - И Михаил свободными от тисков руками с наручниками нанес в нижнюю челюсть зверя крепкий удар и с удовлетворением отметил, как склацали его зубы.
Потом, как это бывает только во сне, все поменялось. Михаил оказался в осеннем лесу. Дул слабый теплый ветерок, шурша увядшей листвой в кронах деревьев, и перебирал волосы на голове. Змей с волчьей головой был напротив него.
- Пойдем со мной. - Сказал он не терпящим возражений тоном и пополз вперед по ковру опавших листьев, которая звонко шелестела под его массивным мускулистым телом.
Михаил послушно пошел за ним. Наручников на нем уже не было. И по лесу он шел таким, каким ночью ложился спать - голый, в одних лишь своих любимых семейниках в крупную синюю полоску. Стояла тишина, если не считать шума ветра, щебетанья каких-то невидимых птиц и шелеста листьев под ногами.
Но что-то потревожило эту удивительную тихую лесную красоту. По лесу бежал старичок в старых стоптанных ботинках, выцветшей куртке, а за ним гнались двое молодых людей. Один лет шестнадцати, другой около двадцати пяти. Тот, кто был помоложе, догонял старика, второй, сильно припадая на вторую ногу, отставал. Михаил остановился. Он остался один. Змей исчез, как будто его и не было.
Вот старик споткнулся и упал. Тот, что был помоложе, навалился на него и прижал к земле, не давая встать. Тот, что был постарше, доковылял до них, что-то прокричал. Его лицо было в крови. Молодой перевернул старика на спину, а второй сел у изголовья.
И опять же, как бывает только во сне, на месте старика оказался Михаил. Он не мог пошевелиться, его руки крепко держали. Он стал кричать, чтобы его не трогали, оставили в покое, но слова не вылетали из горла. Он заметил, что у старшего на щеке белый шрам в форме полумесяца. Он, что-то говоря и улыбаясь, достал из своей куртки нож. Второй был напуган, но Михаила не отпускал, и его глаза горели каким-то безумным блеском. Михаил вновь стал вырываться и кричать. Он был в ужасе. Это уже не было сном. Это было наяву, и его СЕЙЧАС БУДУТ УБИВАТЬ. Резать, как поросенка.
И вот что-то холодное и острое обожгло шею, погрузившись в плоть Михаилу, и проскрежетало лезвием по позвонкам. Брызнула кровь, заливая его лицо и шею. В легкие потекла теплая приторная жидкость. Он закашлялся и стал задыхаться. Перед глазами потемнело, и сознание стало отделяться от тела.
Он закричал от ужаса и сел на кровати. Рядом заворочалась жена. Анжела что-то пробормотала, коснувшись теплой нежной ладошкой его ноги. Было темно. Тикали часы. Он дома.
- Правда, это очень несправедливо?
Михаил внутренне напрягся и тяжело сглотнул слюну - у кровати, словно кобра в угрожающей позе, зависла волчья морда на толстом змеином теле.
- Ты… Кто? - Хрипло спросил Михаил и не узнал своего голоса.
- Ты понял, что это несправедливо? - Змей игнорировал человека.
- К… Конечно!
- И за это нужно наказать самым простым и первобытным наказанием. Наказанием крови!
- Конечно! Да!
- И эти убийцы должны быть наказаны!
- Да.
- Ты их должен наказать! - Змей отвернулся от Михаила и выполз из комнаты.
В детской во сне что-то зашептала Наташка. Михаил вскочил с кровати и побежал в ее комнату. В сумраке помещения он увидел у нее на кровати что-то лохматое, лежащее рядом с ней на подушке. Он прыгнул к выключателю.
Наташка недовольно зажмурила глаза и отвернулась к стене. На подушке рядом с ней лежал большой, лохматый плюшевый медведь, которого они дарили ей на пятилетие. Михаил облегченно вздохнул, вытер тыльной стороной ладони свой лоб. Рядом он заметил стакан молока, стоящий на полу у подоконника. Он был наполовину выпит.
Утром Анжела испуганно коснулась его лица:
- Милый, что это у тебя?
- Что? - Михаил пощупал себя - все в порядке.
- В зеркало глянь.
На шее у него была яркая красная полоса. Михаил передернул плечами, вспоминая скрежет лезвия по своим позвонкам.
- Знаешь, - сказал он, - мне этот… Кешка Наташкин снился. Ну, этот змей с волчьей башкой.
Анжела совершенно автоматически обхватила себя руками, вспомнив прикосновение змеиных тисков и пытаясь отогнать его.
- И что он с тобой сделал? - Она с ужасом глядела на его шею.
- Да он-то ничего. Но меня резали. Как свинью…
- Папка, сегодня выходной. Ты помнишь? - Из своей комнаты выбралась Наташка.
- И что?
- Как что?! Ты обещал зоопарк!
- Хочешь зверей посмотреть?
- Ага!
- Я тебе щас и без всякого зоопарка их покажу! - Михаил встал на четвереньки и с рычанием побежал за дочерью. Наташка завизжала и убежала к себе, забравшись под одеяло. Анжела смотрела на них и уже забывала про змея.
Когда они вернулись из зоопарка, то увидели возле подъезда пару десятков человек, машину скорой помощи и милицейский УАЗик.
- Что там случилось? - Анжела вытянула шею, пытаясь рассмотреть за плотной стеной людей объект всеобщего интереса.
Наташка дергала Михаила за рукав:
- Кого-то убили, да?! - Восхищенно спрашивала она. - Голову отрезали, ага?
«Бедные дети, - подумалось ему, - В какое время они живут!»
- Так, - он взял обеих своих дам за плечи, - милые мои девушки! Если это вас не затруднит, то не будете ли вы так любезны сиюминутно сдриснуть домой?
- Папа, я хочу знать…
Михаил требовательно перебил:
- Мне что, повторить?!
Анжела с Наташкой, взявшись за руки, пошли к подъезду, а Михаил остался узнать, что же все-таки произошло возле их подъезда. Плюнув на приличия, он стал протискиваться в первые ряды под недовольное ворчание бабок и возмущенное пыхтение стариков.
У самой стены дома стояло двое милиционеров, одетых в форму, рядом с ними еще один в штатском, с папкой под мышкой, двое людей в белых халатах. А фотограф щелкал лежащий на снегу труп - молодой парень с кошмарным выражением лица: глаза вытаращены так, что один вылез из глазницы и сейчас смотрел куда-то в землю, язык вывалился наружу, лицо посинело, будто его вытащили из петли. И он мертвой хваткой вцепился в свое горло, будто хотел его разорвать. «Еще один обдолбился,» - подумал Михаил и хотел уже уйти, но его остановил разговор стариков между собой.
- Снова?
- Ага, опять начинается…
- Все эта квартира, вокруг нее всегда мертвяки.
- А щас тама кто живет?
- Да семья кака-то. Федор продал им почти задарма.
- Хитрец, мать ити! Денег еще поимел с этого вертепа ведьминого. Щас, видать, отсыпается!
- А этот че, - сказал один дедок, которого Михаил частенько видел сдающим бутылки, - не знал, куда лез? Вся уж малолетняя труха местная знает, шо неча лезть в эту квартиру, даже ежель она вся будет открыта и лозунг на двери висеть, шо, мол, добре пожаловать! Все знают - тама нечисть живет. Во, вишь, как его придушило! Как Пантелеич пропал, така до сих пор нечисть бунтует!
Михаил понял, про чью квартиру идет разговор. Он взял на заметку этого дедка и стал выбираться из толпы, потому что увидел, что двое из милиции пошли в подъезд.
Дорогу осилит идущий

Членский билет №0083

Аватара пользователя
серж
Элита RUSGYM.RU
Элита RUSGYM.RU
Сообщения: 2727
Зарегистрирован: 14 окт 2009, 08:28
Как долго занимаюсь спортом: 20 лет
Откуда: колымская тайга

Re: Творчество русжимовиков

Сообщение серж » 20 фев 2010, 20:23

У Анжелы с Наташкой было одинаковое испуганное выражение лица. Они глядели на работников милиции и Михаила:
- Что случилось?
- Ничего не случилось. С нами все в порядке.
- У вас ничего не пропало?
- Анжелочка, у нас все на месте?
- …Да вроде все.
- Сходи, проверь хорошенько.
Наташка убежала вместе с ней.
- Вас дома не было? - Спросил штатский, предъявив удоствоерение. Он был следователем.
- Мы в зоопарк ездили.
- И оставили форточку открытой?
- Не знаю. Жена последней выходила. Может, и оставила.
- Оперативно сработали! - Усмехнулся следователь. - Быстро воспользовались, на свою голову. Видимо, сил не рассчитали. Тоже мне, опытные форточники! Этот навернулся, остальные срулили.
- А кто он такой?
- Краб, местный форточник. Он, кстати, и живет отсюда неподалеку. По всему району работал с бригадой таких же скалолазов. Недавно за грабеж вышел. Все, отлазился!
В прихожую вышла Анжела:
- Миша, у нас все на месте.
- Вот и отлично, нам меньше проблем. - Следователь улыбнулся и переложил папку из одной руки в другую. - Больше форточки открытыми не оставляйте - с крыши залезть к вам для таких орлов милое дело.
Михаил вместе с ними вышел на лестничную площадку:
- Мужики, я тут треп среди старцев слышал типа того, что в нашей квартире нечисть какая-то живет.
- Да какая там нечисть! - Махнул рукой патрульный. - Нечисть вон трупом валяется.
- Ну, я слышал что-то такое. - Пожал плечами следователь. - Здесь раньше старик один жил с внуком. А потом внука нашли задушенным, а старик пропал без вести. А после этого хозяева стали меняться один за другим. Не знаю, но, по-моему, нечисть здесь ни при чем. Вы сколько здесь живете?
- Пару месяцев.
- И как?
- Да вроде пока все спокойно.
- Ну, ладно, удачи! - Следователь протянул руку. - Нам еще этого скалолаза оформлять.
- Что случилось? - Не выдержала Анжела - она тоже вышла в коридор.
Михаил покосился на высунувшую свою мордашку в коридор дочь:
- Ничего особенного. Только, милая, в следующий раз, закрывай все форточки.
- …Я, наверное, забыла.
Милиция ушла. Михаил с Анжелой зашли домой.
- Ладно, все хорошо. Больше так не делай. Договорились?
- Он поцеловал ее в губы.
- А меня? - Обиженно воскликнула Наташка.
- Маленькая еще! - Строго сказал Михаил, поднял ее на руки и поцеловал в нос.

- Что, папаш, бутылочку надо? - Михаил стоял невдалеке от киоска с бутылкой пива в руке. Невдалеке от него тусовался этот старичок, которого он заприметил тогда у своего подъезда.
- Ага, - поспешно согласился тот, - если с собой не заберешь.
- Да нет. Можешь, кстати, угоститься! - Михаил подошел к нему и протянул вторую бутылку.
Старик посмотрел недоверчиво. Но бутылку все-таки взял. Понюхал, глотнул, широко улыбнулся Михаилу и тут же присосался к ней, пока там не осталась половина. Потом одарил своего благодетеля благодарным масляным взглядом:
- Годное пивко!
- Конечно. Как жизнь?
- Нормалек.
- А ты бомжуешь, что ли?
- Да ты че, нет! Просто пенсии не хватает.
- Один живешь, что ли?
- Баба моя уж три года, как померла. Дочь вона со своим балбесом куда-то на север переехала. Мается девка с ним…
- Ты здесь-то давно живешь?
- Да уж сорок лет будет.
- И всех знаешь?
- Угу! - Старичок опять приложился к бутылке и потом с сожалением положил ее в свою авоську.
Михаил подошел к киоску, купил еще бутылку и протянул деду.
- А ты че такой добрый? - Подозрительно спросил он.
- Да я не добрый, - Михаил испытующе посмотрел на старика, - просто мне надо одну важную вещь узнать. И если бы ты мне помог, я бы тебе еще и беленькой чекушечку взял.
У старика загорелись глаза:
- А че ты хочешь знать?
- Да вот тут про одну квартирку. Живу я в ней недавно, а тут треп услышал, что квартирка какая-то нехорошая. Пантелеича квартира! - Вспомнил Михаил.
- Вон оно что! - Протянул дед. - Ну, тады бери чекушечку, а лучше две и айда ко мне.
- Нечисть тама живет. - Говорил он, сидя у своего стола и глядя хмельными глазками. - Раньше там Пантелеич жил. Мы с им-то одно время вместе на керамическом работали. На пенсии тут частенько во дворе козла забивали. Ну, и в праздники, бывало, баловались.
Потом Тимофеич - так старик назвал себя - задумался и пропустил рюмашечку.
- А потома что-то случилося… У Пантелеича два сына было. Один в Афгане погиб, второй на заводе - лектричеством убило. Первый-то холостым был, а у второго баба с каким-то черным за бугор куда-то убегла. Сына здеся бросила, прошмандовка! Ну, кто из Сереги мог вырасти? Блудень и вырос. С местными нюхальщиками вона по подвалам и развлекался. Даже, говорят, и уколы начал делать в руку. Ну, чтобы как пьяный, только еще пошибче. А Пантелеич все говорил, что дома у его домовой какой-то живет и он с им-то дружит, вот… А потома раз - внука егошного, Серегу, значит, мертвым находят. В квартире прямо. Я сам-то не видал, но знающие люди говорят, будто у его шею всю как бы перегрызли, все в крови. А Пантелеич без вести пропал. Видать, эта нечисть, про которую Пантелеич говорил, взбесилася. А его никто и не искал - кому его терять?.. Родных ведь никого.
- Слушай, Тимофеич, а у тебя фотки есть? Пантелеича этого?
- Да как нету?
Тимофеич принес из комнат кипу старых фотографий в большом пакете и стал их перебирать.
- Вот, это я. Это мы в цеху… Ха! Вот этот вот мужик один раз такую хохму отмочил… О, а вот и Серега! - Он протянул фотографию.
Глянув на нее, Михаил ощутил, как волосы на его теле начинают шевелиться. Сон, который ему приснился совсем недавно, из мира грез и фантазий воплотился в реальность. Тот старик, который бежал по лесу, был как две капли воды похож на Пантелеича на фоторграфии, а пацан был похож на того, который во сне держал Михаила, вернее, старика, прижав к земле. «Это что получается - старик не пропал?! Его что, УБИЛ СОБСТВЕННЫЙ ВНУК?!»
- …А потом кто жил? - Спросил Михаил, когда первоначальный шок от такой мысли прошел.
- Да всякие! Сперва какие-то блатные из парткома получили, а через месяц баба с ума сошла. Мужик ее сдал под жилье. Много народа пережило тама. А потома всякие перестройки - ее продавать начали…
- А чего не уживались-то люди?
- Да говорят, домовой этот, про которого Пантелеич рассказывал, гоняется за ними, ну, за людями, буянит по ночам. Как тогда Серегу загрыз, так и продолжает кого-нибудь убивать.
- А может, Серегу кто-нибудь из своих?
- Не! Те сами потеряли его. И долго бы еще искали, да соседи запах учуяли. Приехали из милиции, дверь вскрыли, а он тама лежит мертвый, гнить начал, раздулся весь. Слышь, а у тебя щас как в квартире?
- Да вроде тихо, никто не буянит. Кроме меня самого, когда напьюсь.
- И ничего не гремит, не бегает по ночам?
- Нет, все нормально.
На следующее утро Наташка доставала отца:
- Папа, папа, выпусти Кешку!
- Откуда его выпустить?
- Из темницы! Он в плену сидит.
- Что за идея? Кто ее выдумал?
- Кешка мне рассказал.
- Ой, вруша, отстань!
- Папа, папа…
- Ну, давай выпустим! - Согласился Михаил, потому что понял, что его в покое не оставят. - Где его темница, в которой он в плену сидит?
- Пойдем! - Наташка обрадовано потащила его за собой за палец.
В своей комнате она села на корточки и постучала ладошкой по полу:
- Вот здесь он в плену!
- И как я его выпущу?
- Открой пол!
- Ну, это уж слишком! Наташа, но там же ничего нет и никто не живет.
- Папочка! - Она залезла к нему на колени и стала целовать. - Ну, папочка, ну, выпусти Кешку! Он туда провалился и не может вылезти.
- Доча, ну, что ты говоришь? Это же надо ковер сдвигать, вещи твои убирать и пол вскрывать.
- Ну, папочка! Я тебе бутерброды каждое утро буду делать!
Михаил посмотрел на Анжелу, которая слушала их молча:
- Правду говорят - женщины правят миром! Разве можно отказать, когда появляется такая возможность каждое утро есть халявные бутики! Ну, хорошо, - обращаясь к дочери, - только весь мусор будешь убирать сама.
- Ты у меня самый лучший папка! - Она стала целовать его вновь.
- Неси инструмент! - он стал сдвигать мебель.
Действительно, когда Михаил оторвал доску от пола, то под ней, между старых, потемневших от времени лаг, он увидел маленькую, со сливовую косточку, безделушку.
- Кешка! Кешка! - Обрадовалась Наташка и схватила ее.
- Ну-ка, засвети. - Михаил протянул ладонь.
Она была похожа на брелок. На очень маленький брелок. И было похоже, что он вылеплен не то из хлеба, не то из теста и представлял собой завитую в спираль змею с головой, покрытой шерстью.
Сердце Михаила громко ухнуло, перед глазами промелькнула оскаленная волчья морда и темная толстая кожа удава.
- Ну, показывайте, что вы там нашли! - К ним подошла Анжела.
- Вот! - Михаил протянул ей брелок.
- Это Кешка! - Торжественно объявила Наташка.
Михаил заметил, как Анжела напряглась, рассмотрев безделушку, а потом предложила:
- Ната, может, ее выкинем?
- Мама, ты что?! - Она посмотрела на Анжелу, как на душегуба-убийцу, мучающего беззащитных зверушек, и тут же забрала у нее брелок.
Михаил наклонился, чтобы посмотреть, что за шелуха валяется в том месте, где лежал брелок, и вдруг ощутил, как желудок хочет предательски сократиться - это были сотни хитиновых чешуек от мертвых тараканов.
- Так, - Михаил повернулся к дочери, - наши условия помнишь?
- Какой базар среди воров?! - Наташка подняла руки вверх и растопырила пятерню.
- Чего-чего?! - Нахмурился Михаил. - Это что еще за понты, в натуре?! Фильтруйте вашу рэчь, милочка!
- Я сейчас вам обоим мешалкой по задницам надаю! - Вмешалась в спор Анжела.
- Все, заметано! - Михаил миролюбиво развел руки и пошел из комнаты на цыпочках, но на выходе остановился и ткнул указательным пальцем в сторону дочери. - Ну, ты, колбаса, запомни - завтра в двадцать один нуль-нуль у нас с тобой стрелы, так что жду тебя на разборках!
- Миша! - Анжела шлепнула его по заду. - Какой пример ты дочери подаешь?!
Вечером, после работы. Анжела сказала Михаилу:
- Что-то с Наташкой сегодня…
- Что?
- Не знаю… Какая-то не такая. Может, ты с ней поговоришь? Меня вообще не замечает.
Михаил прошел в комнату дочери и открыл дверь:
- Ну, что, зема, про стрелы не забыла? Время пришло!
Наташа сидела на стуле возле своего детского столика. Вокруг нее был ворох мятых бумаг, исчерканных ручкой. Она посмотрела на отца отсутствующим взглядом и опять погрузилась в свои бумаги. У Михаила замерло сердце. Он понял, что произошло что-то нехорошее.
- Доченька, что с тобой? - Михаил сел возле нее и взял за руку.
Она долго смотрела на отца, как будто соображала, кто рядом с ней сидит, потом улыбнулась краями губ.
- Наташа, что случилось?
Она молча покачала головой. Михаил встал и только сейчас обратил внимание на почеркушки, которыми были изрисованы все листки. Тут ему стало страшно. Детской рукой было нарисовано то, что он видел во сне: два человека, бегущие по лесу, с ножами, за третьим. И так были изрисованы все листки.
- Наташа, где это ты видела?
Она молча продолжала рисовать.
- Наташа, ты меня слышишь? - Эта абсолютная апатичность начинала выводить Михаила из себя. - Наташа! НАТАША!
Молчание.
- Ты что, оглохла?! - Михаил взял ее за плечи и хорошенько встряхнул.
Наташа вздрогнула и как будто проснулась. Она часто задышала и испуганно захлопала глазами, озираясь вокруг.
- Миша, не надо так! - Вскрикнула сзади Анжела.
- Папа! - Наташа прижалась к Михаилу. - Я боюсь! Он хочет, чтобы я отомстила за хранителя!
- Доченька, о чем ты говоришь?! - Михаил прижал к себе худенькое тельце дочери, под тонкими ребрышками которого неистово колотилось маленькое сердечко.
- Он говорит, что я должен отомстить за это!
- Кто?!
Наташа расплакалась, прижавшись к отцу. Он ощутил, как его футболка у шеи начинает намокать. Анжела стояла без движений. Она была полностью растеряна, даже ее рот был приоткрыт. Она пыталась понять, что происходит. Михаил в ответ лишь пожимал плечами. Он лишь предполагал, и это предположение вселяло в него суеверный ужас. Этот змей с волчьей башкой снился им всем. И он хотел чьей-то смерти. Этот херов домовой. И, возможно, отчасти это зависит от той безделушки, что они нашли под досками пола. «Где эта дрянь? Я сожгу ее!» Наташа почти успокоилась. Она продолжала лишь всхлипывать.
- Наташенька, где твой Кешка?
- К-Кешка?
- Ну, твой домовой, которого мы спасли из плена!
Наташа скривила губы и опять начала плакать.
- Наташенька, прекрати! Ну, чего опять случилось?!
- Папочка, я… Я играла с ним…
- Ну, и где он, доченька?
- Папочка, - выдавила она сквозь слезы, - я… Играла с ним… И… И проглотила…
ГОСПОДИ, НЕТ!!!
Михаил остолбенел. Конечно же, он знал про эту привычку дочери, и глотать что-либо для нее было уже не внове. Но то, что она проглотила сейчас… Ему казалось, что это приговор. БОЖЕ, ЗА ЧТО?! ПОЧЕМУ ОТ ЭТОГО ДОЛЖЕН СТРАДАТЬ РЕБЕНОК?! ПОЧЕМУ НЕ Я?! В ЧЕМ ВИНОВАТА ЭТА ДЕВЧОНКА?! Ему сейчас вдруг подумалось, что эта вещица, находящаяся в их доме, имела какую-то сверхъестественную, мистическую власть над этим жилищем, словно в ней жил какой-то злой дух. И вот этот хранилище духа проглотила его дочь. Эта безделушка была сделана из теста или из хлеба, и раствориться в желудке для нее была не проблема. Если только… Если только она проглотила ее несколько минут назад.
- Наташенька, тихо. Все хорошо. Когда ты ее проглотила?
- …В садике.
Михаил коротко, но взбешенно посмотрел на жену: «Какого хрена ты разрешила взять ей с собой эту гадость?!» Анжела, будто поняв его красноречивый взгляд, заморгала, словно хотела оправдаться или заплакать. Михаил обнял дочь и, сев на пол, прислонился к кровати. Он подумал, что все, их более или менее спокойной жизни пришел конец. Не может же всю жизнь везти. Вся их прошлая жизнь вместе со спасением благородного и щедрого бизнесмена с последующим купанием в деньгах оказалась лишь форой, прелюдией к такому вот удару, который может свалить их семью в мертвый нокаут. НА КОЙ Я ПОЗАРИЛСЯ НА ЭТУ КВАРТИРУ?! ВЕДЬ ХОТЕЛ ЖЕ КУПИТЬ ОДНОКОМНАТНУЮ! ВЕДЬ ПОНИМАЛ, ЧТО ЭТО НЕНОРМАЛЬНО - НЕ МОЖЕТ НОРМАЛЬНАЯ КВАРТИРА СТОИТЬ КОПЕЙКИ! НА ХРЕНА Я БАБУ СЛУШАЛ?!
Видимо, его мысли отразились на лице или просто Анжела догадывалась, о чем он сейчас может думать, потому что она стала нервно теребить пояс своего халата, а потом развернулась и выпорхнула из комнаты.
Через пару минут Наташа уснула. Михаил осторожно переложил ее на кровать, укрыл одеялом и подоткнул со всех сторон, хотя эта процедура была, в общем-то, бесполезной - она всегда распинывалась во сне.
Анжела лежала на кровати лицом вниз.
- Анжел, что с тобой? - он лег рядом с ней, обняв.
Она всхлипнула.
- И чего мы плачем? Девки, я с вами повешусь!
- Ты прав… Это, наверное, все из-за меня. - Прошептала она.
Та злость, которая вспыхнула в нем несколько минут назад, растворилась, исчезла бесследно. Он уже думал, что вряд ли бы смог уследить за дочерью лучше, и сам захотел эту квартиру, не взирая возможные трудности.
- Анжелочка, успокойся, а то я сам зареву.
Она повернулась к нему, прижалась и уже позволила себе разрыдаться, не сдерживая себя. Так они пролежали долго. До тех пор, пока Анжела не успокоилась. Все еще всхлипывая, она вдруг сказала:
- Миша, ты обо мне не знаешь всего…
- Что мне надо знать, я знаю.
- …Я тебе не говорила одну ужасную вещь, которую я совершила.
- Мы же обсуждали эту тему - если не хочешь…
- Миша, но сейчас я хочу! Я хочу это рассказать! Потому что это меня давит… Я убила своего ребенка.
Дорогу осилит идущий

Членский билет №0083

Аватара пользователя
серж
Элита RUSGYM.RU
Элита RUSGYM.RU
Сообщения: 2727
Зарегистрирован: 14 окт 2009, 08:28
Как долго занимаюсь спортом: 20 лет
Откуда: колымская тайга

Re: Творчество русжимовиков

Сообщение серж » 20 фев 2010, 20:24

- Что?!
- Когда-то я училась в фазанке и жила в общаге. Меня… изнасиловали трое подонков… Я отомстила им! Они всю жизнь будут помнить обо мне - об этом я хорошо позаботилась… Но я… Я забеременела. Когда узнала об этом, мне сказали, что аборт поздно делать, да и к тому же в то время это было не так просто, как сейчас… Я возненавидела этого ребенка, потому что он был от тех сволочей. Что я только не делала - утягивалась, травилась, пила всякую гадость, курила пачками, безумно занималась спортом - надеялась, что будет выкидыш… Но это продолжалось недолго. Я вдруг подумала - ну, ладно, мне не повезло, но при чем здесь ребенок?.. Раз суждено было всевышнему дать жизнь этому ребенку - значит, он должен будет жить… Ведь могла залететь и в том случае, если бы сама… Я стала готовиться к материнству, я вдруг полюбила своего будущего ребенка. Я сшила ему распашонки, приготовила пеленки… Я даже ему дала имя - Коля. Я его уже видела - такой белокурый и коленки в ссадинах, потому что бегать любит, но немного неуклюж, потому что ноги растут быстрее, чем к ним привыкает голова. - Анжела мечтательно улыбнулась, а потом ее голос вновь сломался. - А когда начались роды, то мне сказали, что ребенок родился мертвым! Миша, Я УБИЛА ЕГО, Я УБИЛА СВОЕГО РЕБЕНКА! Миша, я…
- Успокойся, - Михаил стал гладить ее по спине, - ты ни в чем не виновата. Любая на твоем месте, особенно сейчас, пошла бы на аборт. К тому же тебе трудно было бы его вытянуть… Кто бы помог тебе его вытянуть? Сама еще ребенок была и к тому же без родителей.
- Но если бы я сделал аборт сразу…
- В любом случае это было бы убийство - сразу или потом. Тебе сколько лет тогда было?
- Шестнадцать.
- Золотце, в такие годы человек редко поступает мудро.
- Мишенька… Но, наверное, поэтому у меня сейчас нет детей… Ведь мы столько живем вместе, мы столько пытались… Бог меня наказал.
- Девочка моя, все будет хорошо. Просто еще не пришло время. Поверь мне - будет у нас ребенок. Не надо думать, что это все. У меня знакомые десять лет жили, усыновили чужого, потому что врачи им сказали, что ребенка у них не будет. А у них все-таки потом свой родился. Вот так!.. Бедная моя девочка.
Михаил прижал ее к себе сильнее. Через несколько минут она успокоилась и уснула. Груз тайны, который давил на нее все эти годы, наконец-то перестал существовать. На ее душе стало легко и спокойно. Впервые за все эти годы она спала крепко. Муж как-то смог внушить ей надежду и уверенность. Ей снились яркие, красочные сны, наполненные детским смехом.
И только Михаилу этой ночью спалось плохо. В голову лезли всякие мысли и чудились подозрительные шорохи. Три раза он вставал и ходил в комнату дочери, проверяя, нет ли у нее жара или бреда, и, в конце концов, лег возле ее кровати на полу. Только после этого он погрузился не то в сон, не то в какое-то нервное оцепенение, наполненное нечеткими, смазанными видениями.
Утром вечерние страхи поблекли и растворились в суете раннего подъема и подготовки к выходу из дома. Наташа чувствовала себя превосходно. Она проснулась и, спрыгнув с постели, устроила танцы индейцев на отце, спящим у ее постели и никак не желавшем просыпаться. Так продолжалось до тех пор, пока Михаил не напомнил ей, что кое-кто обещал делать бутерброды каждое утро, чем очень ее огорчил, но позволил себе еще минут десять проваляться, приходя в себя.
- Ну, ладно, колбаса, до вечера! - Поцеловал он дочь. - Сегодня на ужин хочу куру-гриль.
- Куру мы можем. - С готовностью ответила Наташка. - И грилем по башке!
- Наташа! - Воскликнула Анжела. - Ну, что за разговоры?! Миша, зачем ты разрешаешь ей это?
- Ну, что же, - заключил Михаил, - сегодня, значит, будут разборки по полной программе!
К обеду, когда Михаил привез шефа в офис, Марина, секретарь, крикнула ему:
- Миша! Тебя жена!
БАМ! Словно оглушающий удар по ушам. Сердце куда-то отлетело и ноги стали ватными.
В трубке рыдала жена:
- Миша! Наташа…
- ЧТО?!
- Она… Здесь, в больнице. У нее кома!
- ГДЕ ТЫ?!
- В тридцать девятой!
Михаил бросил трубку и вбежал в кабинет к шефу:
- Борис! Отпусти ненадолго.
- Что стряслось?
- Дочь в больнице. Кома.
- Ни хрена себе! Давай прямо на машине. Надолго зависнешь - на трубу звякни.
Через десять минут, умело обходя пробки и нарушая правила дорожного движения на каждом метре, он достиг больницы. Наташу уже подняли из приемника в палату. Возле нее было несколько человек - в белых халатах, в штатском, из милиции, какие-то два типа, перевязанные бинтами. От них к Михаилу бросилась Анжела:
- Миша!
- Где она?! - Михаил, взяв ее за плечи, направился к палате.
- Туда сейчас нельзя! - Остановил его высокий полный врач, нижняя часть лица которого была прикрыта повязкой.
- Там моя дочь!
- Я это знаю, но тем не менее…
- Как ее состояние?
- Пока сказать не могу. Состояние нестабильное. Вероятнее всего, это сказываются последствия сотрясения мозга…
- Какое сотрясение?! Что произошло с моей дочерью?! - Михаил оглядел присутствующих здесь людей, он уже сам был на грани срыва.
К нему подошел следователь, очень похожий на того, который был тогда в подъезде Михаила:
- Вы отец ребенка?
- Да.
- Я старший оперуполномоченный угро капитан Рыков. Я вам объясню, что произошло. А произошло то, с чем я в своей практике еще не сталкивался. Час назад в офис фирмы «Альтаир», - Он указал пальцем на перевязанную компанию, - ворвалась ваша дочь, и она была вооружена…
- Что?! Что вы несете? Моя дочь…
- Поймите, мне нет смысла что-нибудь придумывать. Есть свидетельские показания и запись охранных камер. Так вот, ваша дочь была вооружена большим охотничьим ножом.
В это время к ним подошел самый старший из забинтованных. Почему-то его лицо показалось Михаилу знакомым. И это знакомство не вызывало приятных воспоминаний.
- Здравствуйте, я генеральный директор фирмы «Альтаир». Не знаю, что случилось с вашей дочерью… Она ворвалась к нам с ножом и набросилась на меня и на охранников. Им пришлось применить силу…
- Вы ее били?! - Михаил отпустил Анжелу и вцепился в отвороты фирменного пиджака. - Я задушу тебя!
- Стоп-стоп-стоп! - Их бросились разнимать все, кто здесь был.
- Успокойся! - Его крепко встряхнул следователь. - Они защищались!
Михаил ослабил хватку. Но это произошло не из-за слов опера или усилий присутствующих охранников, докторов или милиционеров. Он вдруг вспомнил, где он видел это холеное лицо гендиректора. Это был второй, кто резал его, вернее, Пантелеича в том сне. Только он там был значительно моложе и худее.
Вечером, когда он закончил работу и приехал в больницу, Анжела находилась там. Она сидела в коридоре реанимации на стуле, набросив на плечи больничный халат. В реанимационную их не пустили. Михаил лишь смог заглянуть туда и увидел лежащее на жестком лежаке тело дочери, лицо которой накрывал громоздкий аппарат искусственного дыхания. Он сел рядом с женой. Она положила голову на его плечо и прошептала:
- Врачи сказали, что ее состояние стабилизировалось… Но когда придет в сознание и придет ли вообще - неизвестно.
И из ее глаз беззвучно потекли слезы.
На следующий день Наташу перевезли в какую-то частную клинику, о существовании которой Михаил даже не предполагал - это опять же постарался Борис. Михаил приехал после работы. Здесь было тихо, чисто и в палате можно было находиться. Анжела сидела у кровати Наташи. Девочка лежала по-прежнему без движений. Но над ее лицом не было того дышащего чудовища, как в реанимационной. К ее носу шла тонкая дыхательная трубка. Анжела больше не плакала. Она сидела у кровати, согнувшись, будто старушка и гладила беспомощную детскую руку. Михаил вдруг подумал, что будет, если Наташа не выживет. Он просто это не сможет принять. Впрочем, как и Анжела. Из его глаз брызнуло. Настала его очередь капать на пол. Так он стоял и ревел, пока его не обняла жена. Он взял себя в руки, вытер глаза рукавом халата и сказал:
- Ангелочек, давай-ка домой.
- Миша, я не могу оставить Наташу.
- Я буду с ней. Иди домой и выспись. Не хватает, чтобы еще и ты у меня легла рядом.
- Миша, я…
- Анжелочка, ты здесь ничем не поможешь. Иди домой, прими чего-нибудь успокоительного и поспи. Ты уже вторые сутки не спишь. Завтра на работу.
- Я взяла больничный…
- Ну и что. Вот, поспишь ночь, а завтра с утра придешь. Я Бориса о больничном просить не могу - и так слишком многим обязан.
- А ты когда будешь спать?
- У шефа завтра днем большой банкет где-то, отосплюсь.
Он все-таки заставил Анжелу уйти домой, а сам занял ее место и точно так же взял дочь за руку. Она была холодной и вялой. Он вновь ощутил, как к горлу подходит комок.
Вдруг по ее телу пробежала легкая судорога, запищали какие-то приборы. Вот дернулась нога, рука, вздрогнули ресницы, на висках вздулись вены. ОНА ОЖИВАЕТ!
- Сестра! - хрипло позвал Михаил. Еще не веря, что в тело дочери возвращается жизнь.
А тело Наташи затрясло, голова приподнялась, оторвавшись от подушки, повернулась к Михаилу. Веки резко открылись, и он чуть не закричал от ужаса - на него смотрели желтые глаза со щелевидными зрачками. Рот хищно оскалился, обнажив желтые зубы и длинные клыки:
- Убей! - раздался знакомый из снов грубый голос.
- К-кого? - Растерянно спросил Михаил.
Это была не его дочь. Это было чудовище, занявшее тело его дочери.
- Ты знаешь, кого. Ты его видел!
- Я не п-понимаю…
- Ты понимаешь. Этот, кто убил Хранителя. Он должен умереть! Убей его и я верну тебе твою дочь.
Михаил ощутил, как пол под ногами вдруг начал шататься и кровь вихрем зашумела в ушах. Пронеслась мысль, что он сходит с ума. Чудовище овладело телом его родного ребенка, оно им торгует!
- Это нечестно! - горестно заметил Михаил.
- У меня нет выбора. У тебя - тоже. Убей его и я верну тебе твою дочь!
С этими словами глаза закрылись, и голова безвольно рухнула на подушку. Тело замерло. Приборы затихли. Как будто ничего и не происходило.
- Бедная девочка! - сказал рядом чей-то голос.
Михаил так резко вскочил, что стул упал с грохотом на пол. Возле него стоял старичок, одетый в такой же больничный халат. Наверное, тоже кто-нибудь из бригады врачей. В палату заглянула медсестра, испуганно посмотрела на Михаила, потом бросила взгляд на приборы, на валяющийся на полу стул:
- Что-то случилось?
Михаил покосился на старика и сказал:
- Нет. Просто нервишки шалят.
- Если что-то будет надо - зовите! - И она скрылась за дверью.
Они остались со старичком наедине.
- Хорошая девчушка… Ее можно освободить.
- От… Куда?
- Да не откуда, а от кого… Освободить от волка. Волк сейчас в ее теле. Он полностью завладел ей и не отпустит, пока ты не сделаешь, что ему надо.
Старичок горестно посмотрел на ребенка и покачал головой.
- Как мне ее спасти? - Михаил понял, что старик говорит о спасении его дочери.
- Сделать то, что хочет волк.
- Убить?!
- Да.
- А вы-то кто? - Михаил вдруг стал очень сомневаться, что этот старичок из бригады врачей, но и через дежурящую внизу охрану он проникнуть вряд ли бы смог.
- Ты меня знаешь. Волк, наверное, тебе уже меня показывал.
И тут вдруг Михаил понял, что тоже знает этого старичка! Действительно, он видел его во сне, тот змей с башкой волка показывал его. Это был Пантелеич - старик, которого зарезали в лесу.
- Так вы… Это… Но как?! - Михаил опять начал погружаться в толщу ватной нереальности. Он ощутил, что находится на грани, за которой его мозг просто перегорит, как не выдержавший напряжение прибор. В последнее время на него навалилось столько всего, что нормальный человек давно должен был дать отбой. Кто этот старик рядом с ним - Призрак? Фантом? Привидение? Или оживший мертвец, вышедший из могилы зомби. Как в голливудских второсортных ужастиках. Видимо, старик понимал состояние Михаила и чтобы тот не задавал сотни ненужных вопросов, заговорил сам:
- Те двое, что убили меня - были мой внук и его дружок.
- За что?.. - Михаил спросил, наверное, только из-за того, чтобы услышать свой голос - убедиться, что все это не очередной сон.
- Это все из-за квартиры. Я, старый дурень, не желал ее продать в вашем мире, в человеческом теле, я этого не понимал… Сейчас понимаю – надо было разменять, как хотел внук. Он бы разменял ее, стал жить и дальше со мной, а деньги бы взял себе. Мне было жаль свое заработанное горбом жилье. Я еще не знал, что он наркоман и он не тот ребенок, с которым я вместе ходил в лес по грибы или на реку рыбу удить… Он решил добиться своего другим методом с помощью своего дружка. Я даже не мог предположить, что он сможет так поступить. Ведь он рос хорошим ребенком. Любил животных, уважал старших… Как он мог? - Старик развел руками, все еще сокрушаясь о давно случившемся. - Миша, если бы ты знал, что сейчас творится вокруг! Сейчас, когда я могу быть, где захочу и видеть все, что мне надо, то, что сделал со мной мой внук, не кажется мне таким страшным, как много лет назад. Человечество просто истребляет само себя с каким-то остервенелым азартом. Но волк наказал внука… Как я его и предупреждал. Едва он вошел в мое жилище в этот же вечер…
Старик тяжело вздохнул. Отнюдь. Он не казался полупрозрачной субстанцией, как изображают привидения в фильмах - он говорил вполне обычным человеческим языком и даже вздыхал, как живой настоящий человек. Он даже был лишен диалекта, присущего людям того времени, каким, например, говорил его одногодок Тимофеич. Он говорил и рассуждал, как вполне современный человек. Он был реальный! Единственное, что выдавало в нем существо иного мира было то, что его тело не отбрасывало тени.
- А этот волк… Или змей…
- Змееволк. Это - змееволк.
- Он кто?
- Это змееволк. Это наш идол. Понимаешь, Миша, я из племени язычников, ведущему свой род издревле. Мой отец, дед, прадед, все мужчины моего племени, по отцовской линии были язычниками, хранителями священного талисмана, в котором жил дух нашего божества. Змееволк - это наше божество. Справедливое, но очень жестокое. Мы из поколения в поколение передавали этот талисман. Очень давно, когда змееволк принадлежал к другим таким же могучим в то время богам, был сделан из хлебного мякиша, окропленного кровью белого волка и черного змея, и засушен. Дух, живший в нем, хранил наши жилища, наше племя, которое со временем становилось все меньше или стало поклоняться другим, более молодым и новым, богам, пока не остался я один. Можно сказать, этот змееволк был моим домовым… Мой старший сын, который должен был после меня стать хранителем амулета, погиб на чужой земле, защищая чужих идолов, и потому змееволк не стал защищать его, оберегать. Младший сын вел жизнь, чуждую племени змееволка и тоже был отвергнут. Внук, который мог стать хранителем амулета, отрекся от нашей веры и посягнул на самое святое - на жизнь хранителя и змей лично убил его в этот же вечер. Но в живых сейчас остался второй, кто помог ему, которого змей не смог остановить, потому что его божество оказалось молодым, но очень могущественным. Но змееволк не отступит, пока не будет мертв этот второй…
- А если я решусь убить этого второго, то почему ты думаешь, что это молодое божество, не защитит его и не кокнет меня.
- Оно тебя не сможет убить. Более того, оно с радостью отдаст тебе этого человека, потому что цель этого идола - уничтожение человечества. И оно не будет придумывать трудных путей для этого. Зачем, если люди без его вмешательства хорошо истребляют друг друга?
- Но при чем моя дочь?
- Этого я не знаю. Возможно, змей любым способом хочет убить второго и сделать поскорее, и поэтому для этой священной миссии выбрал тебя…
- Священной?!
- Конечно. Это жертвоприношение для искупления вины. А может, твоя дочь случайно проглотила этот талисман, и этот сосуд был растворен в ее теле. И теперь она сама стала сосудом, хранящим дух змееволка. Причем сосудом живым, действующим. И он захотел немедленно уничтожить второго. Но, наверное, ее слабенькая детское тельце и хрупкая душа, не выдержали натиска сущности нашего божества. - И старик вновь с сожалением посмотрел на девочку, лежащую на больничной койке.
- Как мне вернуть дочь?.. Если этот твой монстр мне ее не вернет, я потрачу жизнь, но уничтожу его за это!
Старик долго смотрел в глаза Михаилу:
- Ты подходишь волку… Наверное, он тебе это говорил. Ты по духу такой же. Убей второго сам.
- Я ведь не убийца! Да, я когда-то убил человека, но это получилось случайно. Но чтобы убить вот так…
- Есть еще один путь. Немного подлиннее и посложнее в физическом плане. Это один языческий обряд. И ты должен совершить его на том месте, где убили меня…
- Какой еще обряд?! Неужели мне всего этого мало?
- …И тогда змей отпустит твою девчушку, а я попаду туда, куда и должна попасть душа человека после смерти. Слушай внимательно, Миша. Ты должен привезти на то место, где лежит мое тело, кровь убийцы и смешать ее с моей плотью. Потом привезти эту плоть, уже смешанной с кровью, обратно и положить на тело дочери. Кровь убийцы выманит дух змееволка из тела девочки. Он соединится с моей плотью и сам сможет совершить свою месть, а душа твоей доченьки вновь обретет свое тело.
- Но как я возьму эту кровь у убийцы?!
- Миша, я не знаю. Я не змееволк. Я такой же человек, как и ты. Я не знаю, почему в нашем племени такие обряды, я знаю лишь, что они существуют, и что они из себя представляют. Если не сможешь убить второго убийцу, то этот обряд - единственное, что ты сможешь сделать, чтобы вернуть дочку. Больше я тебе ничем помочь не смогу. Я всего лишь бестелесый призрак, который болтается между землей и небом. Так что, Миша, судьба твоей семьи в твоих руках. Ты же молодой и умный человек. Ты придумаешь, что сделать.
С этими словами старик развернулся и пошел прочь.
- Дедуль… Батя! - Михаил побежал вслед за ним, попытавшись взять за руку, но схватил лишь пустоту. Старик действительно был бестелесным созданием. - Подожди!
Старик остановился.
- Сколько еще сможет выдержать моя дочь?
- Не знаю, Миша. Медицинские штучки, - он кивнул головой на аппараты, окружавшие Наташу, - сейчас очень могущественные. Человека могут долго поддерживать. Но не знаю, насколько. Все-таки это дитя – слабый и маленький человечек.
- Как я найду твою могилу?
- Не беспокойся об этом. – Старик одолел еще пару шагов и слился с белой больничной стеной, словно его и не было вовсе. Михаил подошел к стене и потрогал ее. В том месте, где исчез призрак, она была холодной.
Когда он вернулся домой, Анжела спала, и очень крепко. Она даже не проснулась, когда он лег рядом. «Вымоталась совсем.» Но он сам, хоть очень устал, заснуть не мог. До самого утра он пролежал, глядя на покрытый ночной мглой потолок. Словно пытался прочесть там ответ на все свои вопросы. Утром, когда до звонка будильника осталось минут двадцать, к нему пришло решение.
На работе Михаил взял отпуск на пару недель, договорившись насчет подмены с мужиками. Он начал действовать. Он знал, где работал второй подонок. Он взял машину у товарища и стал отслеживать его передвижения. Вечером, когда он приходил к дочери, больше никаких мистических изменений с ее телом не происходило, словно то существо, которое находилось в ней, знало, ЧТО Михаил готовит.

Эти последние дни для Владимира выдались весьма насыщенными разными событиями. Начало недели вдруг вытащило из каких-то неизвестных тайников давно забытое прошлое и бросило ему прямо в лицо в виде маленькой девочки.
Он был у себя в офисе, когда вдруг услышал за дверью оживленный разговор, а потом дверь открылась, и появился этот ангелочек в легком летнем платьице и с пышным бантом на голове. Следом за ней появился охранник, недавно принятый на работу. Он был растерян:
- Владимир Алексеевич, вот она пришла. Говорит, что ваша дочь.
Владимир мысленно выругался - это не была его дочь, хотя чем-то похожа. И естественно, новый охранник знал про его семью, но еще ее не видел. Но какого черта он сперва не позвонил в его кабинет и не спросил, нужна ли ему сейчас его семья?! А девчонка шагнула к нему. В руках у нее был длинный, но тонкий сверток. Она стала его разворачивать и при этом говорить совсем недетским - хриплым и грубым голосом:
- Хорошо тебе живется, Вова… Даже несмотря на то, что тебе не удалось поиметь ту квартирку.
- Какую еще квартиру? О чем ты говоришь?! Девочка, иди к папе и маме. Они тебя, наверное, уже потеряли! - Владимира стали одолевать какие-то нехорошие предчувствия. Он, как загипнотизированный глядел на нее, неспешно разворачивающую свой сверток. Что там?
- Зря вы только Хранителя убили. Старик действительно мог отдать квартиру или разменять ее, и ничего бы и никому не рассказать про разговор в лесу.
- Девочка, что ты несешь?! - Владимир начинал багроветь. Он уже практически забыл это дело, покрытое многотонной плитой прожитых лет. И еще этот охранник - шкафина без мозга. Стоит и смотрит на эту шмакодявку вместо того, чтобы взять и просто вышвырнуть ее.
- Внук расплатился за то, что поднял руку на деда…
- Какой внук?! Девочка…
- Сергей его звали. Не помнишь? Вы вдвоем зарезали в лесу Хранителя. Вернее, он держал, а ты резал.
Да, все эти словесные головоломки сложились в ту ленту недолгого, но яркого воспоминания. Во всех подробностях. К тому же это дело он планировал и вынашивал тогда целый год. Нет, время не стерло из памяти этот файл, оно его просто убрало на дальнюю полку, а теперь бросило прямо в лицо. Едва они совершили первый этап, кончив старика, как подельника тут же порешили в квартире в первую же ночь, написав его же кровью на стене «смерть отступникам». Он после этого еще долго думал, где они могли так круто лохануться и кто их выпас.
- Ну, что стоишь?! Выведи ее отсюда немедленно! - заорал он охраннику.
И тут наконец-то появилось то, что девчонка так долго разворачивала. Это был нож с длинным широким лезвием. Девчушка проворно, словно прошедшая курс обучения в школе ниндзюцу, нанесла, как саблей, удар по охраннику и тот едва успел подставить руки.
- НЕ ЛЕЗЬ!!! - Зарычало на него это ангельское создание с ножом, затем развернулось и бросилось к Владимиру.
Тот успел, как и охранник, подставить свои предплечья и нож вонзился в правое, войдя в мышцы и ударив кость.
- Твою мать!!! - Заорал он.
Охранник вновь бросился в атаку и захотел ударом сбить ее с ног, но получил сильнейший удар в грудь. По полу уже со стуком капали темно-красные капли. Владимир нажал кнопку сигнализации под столешницей. Девчонка с рычанием кинулась к нему.
Владимир схватил стул и выставил перед собой, как щит. Лезвие с треском проломило пластик и застряло. Он тут же отбросил стул в сторону, обезоружив таким образом нападавшую. В комнату вбежал еще один охранник. У него в руках был пистолет. Но он с недоумением глядел на пятилетнего ребенка. Но первый уже был знаком с возможностями и намерениями этого ребенка, поэтому, воспользовавшись секундным замешательством, тут же схватил ее сзади, взяв руки в замок. Владимир был уже около них.
- МАЛЕНЬКАЯ СУЧКА! - Он нанес ей прямой удар правой.
Ее голова сыграла, как привязанный мячик, из обеих ноздрей хлынула кровь. Глаза тут же помутнели, тело обмякло и повисло на руках охранника.
- Какого хера вы получаете деньги, если всю работу за вас делаю я?! - взвыл он, глядя на своих горилл. Те растерянно глядели на него. С первого текла кровь, пятная костюм и пачкая пол. Да и сам он уже ощутил, как правый рукав фирменного костюма, который стоил ему с полштуки баксов, влажно тяжелеет.
- Ну, чего стоите? Вызывайте ментов, скорую!
В больнице его тоже ждал неприятный сюрприз. Мало того, что его порезала эта малолетняя тварь, так вдобавок на него набросился ее безумный папик. Если б не менты, Владимир отвернул бы башку и ему. Потом он вроде бы услышал, что эта девчонка лежит в коме без сознания, а родители ночуют возле нее. Если б это произошло лет десять назад, он бы заставил их замолчать лично, но он давно не занимается мокрухами и другим низкосортным бизнесом. Да и глядишь, эта пигалица сама концы отдаст.
Дорогу осилит идущий

Членский билет №0083

Аватара пользователя
серж
Элита RUSGYM.RU
Элита RUSGYM.RU
Сообщения: 2727
Зарегистрирован: 14 окт 2009, 08:28
Как долго занимаюсь спортом: 20 лет
Откуда: колымская тайга

Re: Творчество русжимовиков

Сообщение серж » 20 фев 2010, 20:24

Но на следующий же день погода резко поменялась. Наконец-то был подписан контракт, который никак не шел и в этот же вечер он в офисе устроил пьянку. На следующий день жену он отправил к матери в Ростов, сославшись на то, что у него дел по горло, а она пусть отдохнет, потому что он подцепил на пьянке такую телку… Конечно, копеечки она высасывать умела ничуть не хуже, чем его отвыкший от жарких ласк полувялый шланг, но зато когда он кончал, было такое ощущение, что уши у него тоже сокращаются. Плюс ее ноги от зубов и третий номер лифа при фужерочной талии, симпатичная мордашка и прямо-таки животная страсть к сексу. Владимир после дня в офисе приезжал к себе на хату на своей тачке, звонил ей и минут через двадцать она была у него.
И в этот вечер, точно так же закончив дела в офисе, он радостно прыгнул в свою седьмую «бэшку» с тонированными стеклами и покатил домой. От радостного предвкушения вечера у него ломило в паху и тянуло в горле.
По дороге получилась небольшая заминка - посреди асфальтовой полосы, ведущей к его дому на окраине микрорайона, выставили ржавую железную треногу с «кирпичом» и «дорожными работами», хотя никаких рабочих вроде бы видно не было. Пришлось объезжать по разбитой грунтовке вдоль частного сектора, который уже чуть ли не полгода сдан под снос и застройку.
И на этой грунтовке проезд тоже был невозможен - какой-то лох на «копейке» включил габаритку и посреди дороги залез под нее, откуда торчали его ноги, обутые в резиновые сапоги. Владимир нажал на сигнал, но тот мужик не хотел выходить. Владимир нажал еще и еще. Но эта крестьянская скотина просто-напросто игнорировала его!
- Да еб твою мать! - Владимир открыл окно. - Эй, ты, мудак, убирай свою телегу!
В ответ - ноль эмоций. «А, может, этого деятеля придавило?» - Владимир открыл дверь и вылез из машины. Что-то зашуршало сзади. Он обернулся и увидел позади себя мужика во всем черном - штаны, куртка с поднятым до носа воротником и натянутая на глаза спортивная шапочка. Владимир еще не успел ничего подумать, как сокрушительный удар в челюсть послал его в нокаут.
Очнулся он удачно - во-первых, он был жив, а, во-вторых, в своей машине - это уже радовало. Но руки за спиной были связаны, а на шее была удавка - это уже было хуже. Но его не убили и даже не избили - значит, от него что-то хотят. Чего? Бабок? Но кто это такой наехал?! Не думал Владимир, что вот так вот классически нарвется на самый банальный гоп-стоп - кошелек или жизнь. Владимир пошевелился.
- Не дергайся! - Рявкнул гнусавый голос. Казалось, что у его обладателя кошмарный насморк.
- Что тебе надо? - Прохрипел Владимир. Удавка мешала говорить.
- Самую малость! - С этими словами что-то больно обожгло ладонь. По коже потекла теплая влага. Это было слишком. Это было просто возмутительно - его режут за неделю второй раз!
Он дернулся, и удавка тут же туго натянулась, сдавив горло. Стало трудно дышать.
- Я же сказал - не дергайся! Если не хочешь, чтобы я то же самое не сотворил с твоим горлом.
- Что тебе надо? Бабок?
- Забей себе их в жопу и заткнись! - Тот, который сидел сзади, что-то делал. Кровь, вытекающая из его руки, булькала каплями. Было ощущение, что ее наливают в какую-то емкость.
- Ты хоть соображаешь, на кого наехал? - Владимир уже справился со страхом и попытался взять контроль на себя.
- А мне насрать и розовым присыпать. Если б ты, козел, не убил того старика, то жил бы и сам без проблем, и мне не приспичило бы резать тебя. - Оп! Сердце Владимира застучало с бешеной скоростью. Да что такое творится, в конце концов?! Опять режут его руки и опять напоминают то давнее убийство. Кто это такие? Менты? У него с ними все схвачено. Родственники убитого? Нет у него никого… - Ты скажи, что тебе надо. Может, договоримся…
- Ничего мне не надо. Кровушки твоей с полстаканчика. Говорят, у новых русских она сытная, жирная.
«Черт побери, неужели это придурок из какой-нибудь секты или сбежавший псих?!» - Это Владимира напугало по-настоящему. Черт знает, что у этого типа на уме. Тем более, ему не нужны бабки. Это точно псих! Что, если он захочет набрать пару литров или просто будет сидеть и смотреть, как жертва истекает кровью и подыхает. Говорит, есть такие маньяки.
- Все, спасибо за самое душевное участие! - послышался звук закрывающейся крышки, затрещал лейкопластырь, прилепился к руке, а затем на нее грубо, но туго наложили повязку. - Будь здоров!
Дверь хлопнула. Мужик в черном пробежал к «копейке», номер которой был добротно залеплен грязью, залез в нее, выключил габариты и на скорости уехал прочь, оставив лишь лежащие на земле сапоги, издалека так похожие на ноги. Владимир глубоко вздохнул и расслабился - псих уехал. «Чтоб я теперь ездил без охраны… Сраная страна! Никакой надежды на будущее. Расплодилось психов! Все, сегодня напьюсь…» Теперь остались мелочи - освободиться.
Михаил в одном из заброшенных домов скинул свою темную одежду, перчатки, переоделся, взял баночку с кровью и побежал к машине. Глянув на банку, он подумал: «Старик не сказал, сколько надо крови. Думаю, хватит!» Операция прошла вроде бы успешно. Все получилось из пункта в пункт, как он планировал. Главное, тот бомжик сработал на совесть. Ну, еще бы! Двести рубликов за минимум внимания, чтобы рассмотреть в проеме между домов приметную «бэшку» и практически перед носом у нее выставить знак на треноге, а потом, когда машина пойдет по объездной, убрать его - не такая уж сложная работа для таких денег. Даже не только для бомжа. Но бомж не будет задавать лишних вопросов. И даже если кто-нибудь вычислит его со стороны Вовы, тот честно даст описание денежного благодетеля - хромой, рыжий тип с усами, бородой и здоровенной бородавкой на щеке.
Так что Михаил с этой стороны застраховался и заставил свою жертву ехать по нужной ему дороге, где люди практически отсутствовали. Да и если бы кто-то и был - полез бы он в явно бандитскую разборку, а вид Вовиной машины соответствовал этому виду. У товарища он взял машину, которая практически все время стояла в гараже без дела и замазал номера. И если эта гнида начнет искать, а он, вероятно, начнет искать, то пусть попробует найти одну из многих таких же «копеек» ту единственную! Но главное для Михаила было не это. Он должен был спасти дочь любым, пусть даже самым сумасшедшим способом. Перед всевышним он был чист - убивать подонка он не стал, хотя тот заслуживал смерти.
Наташе лучше не становилось, не смотря на старания медиков. Он так же лежала неподвижная и белая, как мел. На лбу и висках ярко смотрелись синие плоские вены. Но одно было хорошо - монстр, сидящий внутри нее, больше не вылезал наружу и не терзал ее бессильное тельце.
И в этот вечер она лежала неподвижно. Михаил погладил ее холодную ручонку и прошептал:
- Ничего, доченька, выберемся. Мы не для того столько пережили, чтобы расстаться.
Ему показалось, что ее губы чуть-чуть дрогнули, как будто она пыталась улыбнуться.
- Волк! - Тихо позвал Михаил. - Ты меня слышишь?
Тот не отзывался. Честно говоря, Михаилу не хотелось видеть, как лицо дочери превращается в маску страшилища, но ему был необходим ответ на один вопрос.
- Волк, куда мне везти кровь?
По-прежнему тишина. Призрак старика тоже не появлялся. Михаил всю ночь просидел у постели дочери. Заснул он незаметно, на стуле, облокотившись руками на спинку и положив на них голову. Утром его разбудила медсестра, заступившая на дежурства:
- Здравствуйте.
- Доброе утро! - Михаил никак не мог понять, как это он мог заснуть в такой позе и проспал всю ночь.
- Вы бы хоть домой сходили! Мы же следим за состоянием Наташи.
- Милая моя сестренка, у тебя есть дети?
- Еще нет.
Михаил улыбнулся:
- Когда будут, поймешь.
Он встал и покрутил телом из стороны в сторону, разминая суставы. В окно светило осеннее солнышко, на небе ни облачка. Легкий ветерок перебирал листву деревьев и обрывал те листочки, которые отжили свой век. Кто-то внизу, у больницы, махал рукой. Михаил присмотрелся и вздрогнул - там стоял старик и манил его рукой. Он коротко кивнул, наклонился к дочери, поцеловал ее в лоб, и повернулся к девушке:
- Пожелайте мне удачи.
- Удачи! - Медсестра удивленно смотрела на него.
- Спасибо! - И он выбежал из палаты. В холодильнике он захватил баночку с кровью и через десяток секунд был на улице.
Старик садился в трамвай. Михаил прыгнул вслед за ним. Двери захлопнулись, вагон поехал. Михаил огляделся - старика нигде не было. Здесь были обычные люди, спешащие по своим обычным делам.
Старика он увидел у вокзала и тотчас выскочил из вагона. Через несколько минут призрак поманил его за собой на электричку. А в электричке исчез опять. Михаил больше не дергался - он понимал, что старик его ведет за собой.
На станции Михаил вышел и пошел вслед за призрачным силуэтом, скользящим мимо деревьев. Под ногами звонко шуршала осенняя высохшая листва, щебетали птицы. Погода стояла чудесная для этого времени года и, глядя в спину призраку, Михаил вдруг подумал, как было больно и обидно умирать старику.
А тот внезапно исчез. Михаил огляделся. Призрак пропал. Его взгляд наткнулся на невысокую кучку старых гнилых ветвей и сучьев, которые были покрыты многолетним слоем перегноя. «Это, наверное, здесь!» Он поставил банку на землю и стал раскидывать трухлявый валежник. Тело покрылось гусиной кожей, когда он выкидал все ветви из ямы и на ее дне увидел пышное одеяло почерневшей плесени. Превозмогая страх и отвращения, Михаил стал обрывать это ватное на ощупь одеяло и его куски выкидывать наружу. Было поразительно, но под ним обнаружилось не тронутое тленом тело. И единственное, откуда росла плесень, была одежда, от которой остались лишь влажные лохмотья.
Михаил вылез из ямы, взял банку и прыгнул обратно. Он открыл крышку, выбросил ее вон. На ум пришли слова, услышанные где-то:
- Мир праху твоему! - И он облил загустевшей темной кровью тело.
Кровь вдруг разжижилась, стала яркой и побежала тонкими ручейками по всему телу и тут же впиталась в него, как в губку. Что-то холодное и жесткое коснулось руки Михаила, и он отпрыгнул и сел на дно ямы. Это ожило тело. Рука мумии затронула Михаила и снова опустилась. Голова приподнялась, разлепив ссохшиеся веки, под которыми были серые глаза. Губы раскрылись, и Михаил услышал шепот:
- Спасибо тебе. Все с твоей дочкой будет хорошо…
И тело на глазах стало превращаться в прах. Кожа и мышцы стали похожи на черепки или толстую бумагу, которая стала истончаться и трескаться, превращаясь в пепел и осыпаться на землю. Кости скелета посерели и растрескались.
Не прошло и минуты, как тело прошло тот многолетний путь, которое должно было пойти за все эти годы. Остался лишь полусгнивший череп и позвоночник с обломками ребер. Михаил еще немного посидел, приходя в себя от увиденного. Потом он осторожно потянулся к одному из позвонков, взял его, завернул в тряпку и положил в пакет. Затем он выбрался из ямы, посмотрел последний раз на могилу и сказал вслух:
- Ничего, батя, закончу со всем этим делом и сооружу тебе человеческую могилу.
С этими словами он заспешил к железнодорожной ветке, на электричку.
Смеркалось, когда Михаил вернулся в больницу. У кровати сидела Анжела. Он подошел сзади и обнял ее за плечи. Она потерлась щекой о его ладонь.
- Любимый, - прошептала она.
- Все будет хорошо. - Михаил убрал свою ладонь и достал сверток с плотью старика.
- Что это?!
- Анжела, - Михаил посмотрел прямо в ее глаза, - я не знаю, что сейчас будет происходить… Но это единственный шанс спасти нашу дочь.
Она смотрела на него с удивлением и непониманием:
- Миша, о чем ты говоришь? Что ты хочешь делать?
Михаил вздохнул: «Как ей объяснить?»
- Спасать. Ты… Будешь со мной?
- Конечно же, я буду с тобой!
Михаил обнял ее, поцеловал и, подойдя, к постели дочери, откинул одеяло.
- Миша, что ты…
- Анжела, прошу тебя! - Михаил развернул тряпку и положил на грудь дочери серую вонючую кость.
ГОСПОДИ, ПОМОГИ МНЕ!
- Миша, ты… Ты в порядке?! ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?! - Она рванулась вперед, чтобы убрать с тела Наташи падаль, которую принес муж, но Михаил перехватил ее и крепко прижал к себе, не давая ей пошевелиться.
- Анжела, со мной ВСЕ В ПОРЯДКЕ!
Ничего не происходило и Михаил уже начал думать, а не сошел ли он с ума. Ведь со стороны это выглядело кошмарно - выкопать в лесу труп, отпилить от него кусок, привезти его в больницу и положить на тело больной дочери. Это было даже не кошмарно, а кощунственно. Он уже и сам захотел взять эту кость и выкинуть ее в окно.
Но тут он заметил, что ее тело начала бить мелкая дрожь. Кожа вспучилась волдырями возле того места, где лежала кость, и из этих волдырей к кости потянулись тонкие белые нити и стали опутывать позвонок. Через несколько секунд он стал белым, но нити не только продолжали тянуться, они стали вылезать с огромной скоростью. Вскоре к этому позвонку присоединился второй, третий. А процесс только начинал набирать обороты.
- Миша! - Анжела испуганно попятилась назад. - ЧТО ЭТО?
Михаил не знал ответа на этот вопрос, он с ужасом глядел на это сюрреалистическое зрелище. Но он понимал, что из тела дочери что-то выходит. Что-то страшное.
Через полминуты от груди дочери до пола вытянулся скелет какого-то существа длиной около пяти метров с черепом млекопитающего. Из детского тела потянулись розовые нити, и скелет стал обрастать мышцами. Михаил и Анжела стояли, вжавшись друг в друга, как необычные статуи.
Когда нити перестали идти и огромная змея подняла в воздух волчью голову, оскалив пасть, вошедшая в палату медсестра молча упала на пол, рассыпав пузыречки и шприцы. Анжела не выдержала тоже.
Змееволк оглядел немигающим взглядом Михаила, зарычал и вдруг уполз прочь, войдя в стену, как нож в масло, не оставив даже трещинки. Михаил долго смотрел в то место, где исчезло чудовище, и смотрел бы еще долго, если б не посторонний звук, появившийся в палате. Он глянул в сторону этого звука и чуть не закричал - Наташа часто дышала. Ее тело порозовело, веки задергались. Она резко открыла глаза и села на кровати:
- Папочка, я хочу есть!
- Доченька! - Михаил подбежал к ней, взял на руки и прижал к себе.
Наташа, будто только проснулась от долгого сна, недовольно проворчала:
- Ну, че ты так жмешь?! Больно ведь! Папочка, отпусти!.. А чего я в больнице? В дурдом сдали, да?
Михаил ее не слышал. Потому что он плакал от счастья, как ребенок, спрятав свое лицо в худенькой груди.
- Ну, не плачь! - Наташа гладила его по волосам. - Ты у меня маленький, да? Ну, все пузо мне вымочил! Да и колючий, как дикобраз!
- Наташа! - К ним присоединилась очнувшаяся Анжела.
- Ну, родоки, я с вами повесюсь!
Стала приходить в себя и медсестра. Она села на полу и стала с удивлением оглядывать себя и рассыпавшиеся медикаменты.
- Ну, че, тетя врач, идите тоже к нам, тоже поплачете!

- Подъем, сонные хорьки! - Наташа запрыгнула на кровать и стала тормошить отца за щеки.
Михаил разлепил веки, прижал ее ладошки к своим щекам и недовольно поморщился:
- Ну, выходной же сегодня!
Ему жуть как не хотелось просыпаться. Только что во сне он был шахом в своем гареме и исполнял свои гаремские обязанности.
- А кто мне обещал карусели?
- Ну, доченька, это ж когда было!
- Что, опять будешь отмазываться, да?
- Родная, где ты таких словей набралась-то?
- Мама, чего папа не встает?
Анжела с головой зарылась в подушку.
- Ах, так! - Наташа залезла между ними и стала их раскидывать. - А ну, сачки, вставайте, пока я вам не объявила импичмент!
Когда они завтракали, Михаилу на глаза попалась вчерашняя газета, которую он так и не дочитал. Правда, из всего его интересующего ему осталось лишь прочитать криминальные новости. Читая их, он на полпути ко рту остановил руку с чашкой кофе и еще раз прочитал заметку.
«Вчера, в собственном офисе фирмы «Альтаир» был убит ее генеральный директор Владимир Хартко. Заведено уголовное дело по статье умышленное убийство. По предварительным данным, бизнесмен был задушен очень толстой веревкой прямо в своем кресле. Причем сила, с которой была сдавлена веревка, была такой огромной, что у пострадавшего были раздавлены шейные позвонки. Самым загадочным в этом деле является то, что ни охрана, ни работники фирмы не видели в это время никого чужого в своем офисе. Окна в кабинете директора были закрыты изнутри. Ведется следствие.»
Михаил отложил газету и допил кофе, уже без бутерброда. В его сознании возник образ удава с волчьей головой. «Как он там оказался?»
- Миша, что ты там прочитал?
- Да так, один знакомый погиб.
- Что, хороший был человек?
- Честно говоря, не очень. - Анжела считала все происшедшее тем вечером лишь кошмарным сном, а выздоровление дочери чудесным исцелением, и Михаил не хотел убеждать ее в чем-либо другом. - Люди, раз уж суждено нам сегодня крутиться на этих каруселях, то давайте быстрее.
Наташка с радостными воплями, оставив тарелку с недоеденной кашей, убежала в свою комнату. Анжела пошла в ванную приводить себя в порядок. А Михаил пошел в комнату одеваться.
Едва он зашел в нее, как увидел посреди помещения маленькую, со сливовую косточку, безделушку в виде змея, с волчьей головой. Точно такую же, какую когда-то проглотила Наташка.
ОПЯТЬ?! ЧТО ЕМУ НАДО?
Михаил наклонился, взял ее в руки, а когда выпрямился, то увидел этого чудовищного змея прямо перед собой. Но сейчас он не был таким страшным. Глаза не горели бешеным огнем, пасть не была оскалена, шерсть не стояла дыбом, а уши не были злобно прижаты. И сейчас он был скорее похож на большую собаку. Глядя в глаза Михаилу, он проговорил:
- Я отдал все долги… Спасибо тебе за помощь, но мне нужен новый Хранитель священного амулета. Им будешь ты. Больше за будущее не волнуйся - я буду хранить твою семью.
И с этими словами он растворился в полу комнаты, как тем памятным вечером в стене больницы.
- Ну, ты все еще не оделся?! - В комнату забежала Наташка. - Какой-то ты сегодня замороженный.
- Все-все милая, я мигом!
Выходя из дома, Анжела сказала ему:
- Что-то нижний замок заедает. Надо заменить, наверное.
- Да черт с ним, можно закрывать на один верхний.
- Ага, и ключик под коврик.
- Можно и так. Никто больше к нам в дом не залезет.
- Это почему?
- А у нас живет очень хороший домовой! - И Михаил рассмеялся.
Дорогу осилит идущий

Членский билет №0083

Аватара пользователя
KosTic
Третий Разряд RUSGYM.RU
Третий Разряд RUSGYM.RU
Сообщения: 108
Зарегистрирован: 19 июл 2012, 16:12
Как долго занимаюсь спортом: 6 мес.
Откуда: Ярославль

Re: Домовой

Сообщение KosTic » 10 авг 2012, 12:40

Классный рассказ. Прочел на одном дыхании. А кто автор?
Нашу волю не сломать жали, жмём и будем жать (c)

Аватара пользователя
серж
Элита RUSGYM.RU
Элита RUSGYM.RU
Сообщения: 2727
Зарегистрирован: 14 окт 2009, 08:28
Как долго занимаюсь спортом: 20 лет
Откуда: колымская тайга

Re: Домовой

Сообщение серж » 10 авг 2012, 20:05

Ну вот, новый читатель у меня появился!!! :oops:
Я автор, кто ж еще такую жуть напишет! :D
Дорогу осилит идущий

Членский билет №0083

Аватара пользователя
KosTic
Третий Разряд RUSGYM.RU
Третий Разряд RUSGYM.RU
Сообщения: 108
Зарегистрирован: 19 июл 2012, 16:12
Как долго занимаюсь спортом: 6 мес.
Откуда: Ярославль

Re: Домовой

Сообщение KosTic » 10 авг 2012, 20:32

Я бы книжки твои читал :oops: , если бы ты издавался, классно пишешь.
Нашу волю не сломать жали, жмём и будем жать (c)

Аватара пользователя
серж
Элита RUSGYM.RU
Элита RUSGYM.RU
Сообщения: 2727
Зарегистрирован: 14 окт 2009, 08:28
Как долго занимаюсь спортом: 20 лет
Откуда: колымская тайга

Re: Домовой

Сообщение серж » 10 авг 2012, 20:36

Пытался издаваться, не шло, а на прокачку :D денег не было. А сейчас пока не знаю, стоит писать или нет, хотя желание есть. Дети вон требуют дописать рассказ на тему серии СТАЛКЕР. Никак не соберусь... :ik:
Дорогу осилит идущий

Членский билет №0083

Ответить

Вернуться в «СЕРЖ»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость